Ледяные Волки

И все же! Самое главное не в том, кто еще успешно трансформировался, а в том, смогу ли я, поэтому я просто протяну руку сюда, если вы не возражаете, и…

Сигрид явно возражала, но Рейна уже тянулась мимо нее, протягивая пальцы к Посоху Хадды. Андерс молча подгонял ее. Чем скорее она прикоснется к нему и превратится в ничто, тем скорее они смогут сбежать. Даже если сначала ему придется рассказать о своем воображаемом происхождении.

Рейна прикусила губу и крепко сжала рукой гладкий деревянный Посох. Когда она это сделала, Андерс понял, что затаил дыхание, хотя, насколько он знал, она могла превратиться в капусту с такой же вероятностью, как и в волка. Они с Рейной начинали в сиротском приюте, а потом выросли на улицах Холбарда. Они не были волками, ожидающими своего часа.

Внезапно Рейна закричала, ее глаза широко распахнулись, спина выгнулась дугой, когда она выбросила вперед свободную руку, вызывая вздохи у толпы. Она отступила на шаг, размахивая Посохом Хадды так, что двое Волчьих Гвардейцев позади нее были вынуждены отпрыгнуть в сторону.

«Остановись», — безмолвно убеждал ее Андерс, желая провалиться сквозь помост прямо в землю, и жаркое пламя смущения охватило его тело. Это была Рейна, всегда продающая историю, всегда такая драматичная. Но сейчас им меньше всего хотелось, чтобы на них смотрели другие люди.

Рейна снова закричала, уронив Посох и согнувшись пополам, чтобы упереться руками в колени. Она повернула голову, чтобы бросить отчаянный взгляд на Андерса, и, как только на него обрушилась волна ледяной воды, смущение исчезло.

Это было реально… его сестра была в ужасе. И это не было похоже ни на одну трансформацию, которую он когда-либо видел.

Он шагнул вперед, пытаясь дотянуться до нее, но она снова закричала, хрипло и глухо, пошатываясь, упала с помоста и рухнула на каменные плиты.

Толпа отскочила в сторону, когда Рейна перевернулась на спину, раскинув руки. Ее лицо потемнело до глубокого, неестественного бордового цвета, затем сменилось на ярко-малиновый, как будто вся ее кожа кровоточила одновременно. Намеки на золото, бронзу и медь змеились, сверкая на солнце, пробегая вниз по ее шее, чтобы исчезнуть под одеждой.

Застыв на месте, Андерс с ужасом наблюдал, как ее руки и ноги, казалось, вытянулись до невозможности, а рукава пальто растянулись и разошлись, и звук рвущейся ткани затерялся в криках толпы.

Ткань разорвалась в клочья и исчезла в считанные секунды, когда тело Рейны увеличилось вдвое, затем утроилось, ее шея удлинилась, рот открылся в хриплом, бесконечном крике. Алый, бронзовый и медный цвета сплетались в сверкающую чешую, змеясь по ее коже, и мгновение спустя Рейна исчезла.