15
0
– Полковник Фробишер был с вами, когда ваша жена... утонула? – спросил Пуаро.
Чандлер кивнул:
– Да, он был вместе с нами в Корнуолле, когда это случилось. Мы с ней поехали кататься на лодке, а он в тот день остался дома. Я так и не понял, как эта лодка перевернулась... Должно быть, внезапно открылась течь. Мы только что вышли из бухты, был сильный отлив. Я поддерживал ее на поверхности, сколько хватило сил. – Его голос оборвался. – Ее тело вынесло на берег через два дня. Слава богу, что мы не взяли с собой маленького Хью! По крайней мере, так я думал в то время. А теперь.
И он снова вздохнул, глубоко и безнадежно.
– Мы последние из Чандлеров, мосье Пуаро. После нас Чандлеров в Лайд-мэнор больше не будет. Когда Хью обручился с Дианой, я надеялся... ну, что об этом говорить. Слава богу, они не поженились. Больше мне нечего сказать.
IV"
"Эркюль Пуаро сидел на скамейке в розарии. Рядом с ним сидел Хью Чандлер. Диана Маберли только что покинула их.
Молодой человек повернул к сыщику свое красивое, измученное лицо.
– Вы должны заставить ее понять, мосье Пуаро, – произнес он.
Он на минуту замолчал, потом продолжил:
– Понимаете, у Ди бойцовский характер. Она не хочет сдаваться. Не хочет признать то, что ей придется признать, черт возьми. Она... она продолжает верить, что я... в здравом уме.
– А вы сами совершенно уверены, что, простите меня, безумны?
Молодой человек поморщился и сказал:
– Я пока еще не безнадежно свихнулся, но положение ухудшается. Диана не знает, благослови ее бог. Она видит меня только тогда, когда со мной все в порядке.
– А когда вы не в порядке, что происходит?
Хью Чандлер глубоко вздохнул.
– Во-первых, я вижу сны. А когда я вижу сны, то я – сумасшедший. Вчера ночью, например, я уже перестал быть человеком. Сначала я был быком, бешеным быком, бегал в слепящем солнечном свете, ощущал во рту вкус пыли и крови, пыли и крови... А потом я был псом, большим, слюнявым псом. Я боялся воды, дети разбегались и удирали при моем приближении, мужчины пытались меня застрелить, кто-то поставил для меня большую миску с водой, а я не мог пить. Я не мог пить...
Он помолчал.
– Я проснулся. И понял, что это правда. Я подошел к умывальнику. У меня пересохло во рту, ужасно пересохло, все горело. Меня мучила жажда. Но я не мог пить, мосье Пуаро... Я не мог глотать... О боже мой, я не мог пить...
Эркюль Пуаро что-то мягко пробормотал.
Хью Чандлер сцепил руки на коленях. Его лицо было поднято вверх, глаза полузакрыты, словно он видел, как на него что-то надвигается.
– А бывали и другие вещи, не во сне. То, что я вижу, когда бодрствую. Призраки, ужасные фигуры. Они усмехаются мне.
