Ну, это произошло в прошлом июне: у них испортилось радио, и меня отправили туда его починить.
Пуаро кивнул.
– И я пошел туда. Этот джентльмен был на реке с гостями, и кухарка ушла, а его слуга ушел с ними, чтобы подавать напитки и обслуживать их за ланчем. В доме находилась только эта девушка – камеристка одной из гостивших дам. Она впустила меня и проводила туда, где стоял радиоприемник, и была со мной, пока я работал. И мы разговорились, и все такое... Ее звали Нита, так она мне сказала, и она работала камеристкой у русской танцовщицы, гостившей в доме.
– Какой национальности она была? Англичанка?
– Нет, сэр, думаю, она француженка.
У нее был забавный акцент. Она хорошо говорила по-английски. Она... она держалась дружелюбно, и через некоторое время я спросил ее, не сможет ли она вечером пойти со мной в кино, но она ответила, что будет нужна хозяйке. Но потом добавила, что сможет выбраться во второй половине дня, потому что они вернутся с реки поздно. Короче говоря, я без разрешения ушел с работы после обеда... меня чуть за это не уволили, – и мы пошли на прогулку вдоль реки.
Он замолчал. Легкая улыбка играла на его губах, глаза стали мечтательными.
– И она хорошенькая, да? – мягко спросил Пуаро.
– Она самая милая девушка, какую я встречал. Волосы ее были как золото, они развевались за ее плечами, как крылья, и она так весело и легко шагала... Я... я сразу же в нее влюбился, сэр. Не хочу притворяться, что это не так.
Пуаро кивнул. Молодой человек продолжил:
– Она сказала, что ее хозяйка снова приедет сюда через две недели, и мы договорились опять встретиться. Но она так и не приехала. Я ждал ее на том месте, которое она указала. Но она не появилась, и в конце концов я осмелился пойти в тот дом и спросить о ней.
Русская дама действительно приехала и ее камеристка тоже, так мне сказали. За ней послали, но, когда она пришла, это оказалась совсем не Нита! Просто темноволосая девушка, с насмешливым лицом, дерзкая, насколько я мог судить. Они называли ее Марией. «Вы хотели меня видеть?» – спросила она с такой самодовольной, глупой улыбкой. Должно быть, заметила, что я неприятно удивлен. Я спросил, служит ли она у русской дамы, и сказал что-то насчет того, что она не та, кого я видел раньше, и тогда она рассмеялась и сказала, что последнюю камеристку внезапно уволили.
«Уволили? – спросил я. – За что?» Она пожала плечами, развела руками и ответила: «Откуда мне знать? Меня там не было...» Ну, сэр, это меня ошеломило. В тот момент я не сообразил больше ничего спросить. Но потом собрался с духом и опять пошел к этой Марии и попросил ее достать мне адрес Ниты. Я ей не сказал, что даже не знаю фамилии Ниты. Я пообещал ей подарок, если она выполнит мою просьбу: она из тех, кто ничего не сделает для тебя даром.
15
0
