8
0– Бежим, а то придётся объясняться с местной милицией, откуда у нас такой замечательный труп с пулей в башке! А так тётка очухается и решит, что её глюкануло от сбора грибов!
Без долгих разговоров, наша команда побежала к автобусу. Мальцев и Сазон ринулись к своим машинам. Рон радостно помчался за нами, приняв поспешное бегство за весёлую игру.
Времени но то, чтобы стереть грим не было. Я хотел прыгнуть за руль, но Элка остановила меня.
– Извини, дорогой, – сказала она, – но ты труп! Автобус поведу я, а ты спрячься в салоне, чтобы не пугать водителей встречных машин.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться ей. Я занял место на кровати Германа Львовича и с раздражением подумал о том, с какой лёгкостью она это сказала: «Ты труп!»
Бийск оказался маленьким серым городом со всеми симптомами провинциальности. Частный сектор соседствовал с многоэтажками, на дорогах царил полный хаос, никто и не думал соблюдать правила дорожного движения, в магазинах соль, спички, газеты, апельсины и памперсы продавались с одной витрины, а ресторан – единственный в городе, – назывался «Центральный».
Подъехав к главному входу, мы сразу увидели «Тойоту-Авенсис» со знакомыми номерами, которые на сей раз были отмыты.
– Приехал! – восторженно прошептала Элка, паркуя автобус на противоположной стороне стоянки. – Надо же, Троцкий приехал! Значит, всё-таки – это он!
– Я же говорил, что никуда он не денется, – не разделил я её восторга и приказал Викторине, Гансу и Герману ждать нас в автобусе. Сазон и Мальцев, следуя уговору, тоже остались в машинах.
Охранник дремал возле гардероба. Сидя на стуле, он привалился к стене и неприлично всхрапывал. Он не проснулся бы даже, если мимо него промчалось стадо буйволов, поэтому мы проскользнули в зал незамеченными.
Ильич сидел возле барной стойки, спиной к входу. Он садил сигарету за сигаретой и постреливал по сторонам глазками, в которых отчётливо металась паника. На нём были мятые брюки, рубашка с распахнутым воротом и толстая золотая цепь на шее. Шеф больше смахивал на «шестёрку» при банде средней руки, чем на директора школы. Видно было, что Троцкий давно не брился, не мылся, а трясущиеся руки и красные глаза наводили на мысль, что он пил за рулём и не тратился на гостиницы, чтобы нормально выспаться.
В просторном зале почти не было народа, только в дальнем углу что-то праздновала шумная компания парней.
У одного из столиков стояла огромная пальма, мы с Элкой спрятались за ней, подав Никитину знак действовать.
– Здравствуйте, – поздоровался Дэн с Ильичом и улыбнулся ему своей лучезарной улыбкой.
Троцкий глянул на него мельком, отпил из стакана томатный сок и слегка крутанулся на вертящемся стуле – так, чтобы оказаться к Никитину полубоком.
