5
0
С наследованием среди ведьм и колдунов все не так просто и легко, как может показаться непосвященным. Тшилаба может отдать мне не только свои колдовские силы, но также и свои грехи. Вот уж чего я точно не хотела – так это расплачиваться за совершённое прабабкой при жизни зло.
«Я никогда не стала бы вредить тебе! – с как будто искренним возмущением воскликнула в моей голове Тшилаба. - Ты моя правнучка, моя плоть и кровь, надежда всего нашего рода. Как же я могу причинить тебе хоть какой-то вред?»
Ради своей цели ведьмы могут и обманывать, причем обманывать кого угодно. Уж мне ли, урожденной шувани, о том не знать?
– Пна и в самом деле может отдать тебе и груз собственный грехов, Звездочка, – подтвердила мои самые мрачные и пугающие догадки тетушка. Однако голос ее при этом… Тетя Шанта говорила как-то странно, не как обычно.
«А спроси-ка ты ее, Звездочка моя, - снова заговорила Тшилаба, откровенно потешаясь над внучкой. - Спроси, готова ли она сама принять мой щедрый подарок, пусть даже и с грехами?»
На самом деле, вовсе не требовалось задавать этoт вопрос тетушке. Мне и так было очевидно, что бы она сделала , если бы вдруг ее умершая бабка обратилась к ней. Тетя Шанта бы согласилась безо всяких раздумий, наверняка рискнула бы всем, но приняла семейное наследство. Она боялась Тшилабу до дрожи, почти до обморока, однако никогда бы не отказалась от ее сил, слишком уж было велико наследство мертвой прабабки. Все это я читала в глазах тети Шанты.
И что бы сейчас моя родственница мне ни говорила, правду от меня ей было не скрыть.
– Как-то можно заставить Тшилабу уйти? - задала я напрямик мучающий меня вопрос.
Данный мне некогда амулет пропал, словно бы и не было,и теперь прабабка всегда околачивалась рядом, являя свое присутствие подчас в самый неподходящий момент.
Шанта вздохнула и развела руқами.
– Как можно не пустить прабабку к правнучке? - задалась тетушка явно риторическим вопросом. – В вас одна кровь. Будь Тшилаба всего лишь злым духом, беспокойным призраком – я бы помогла тебе с легкостью, однако…
Однако она мертвая шувани, которая полностью владеет собой и своим посмертием. Она не призрак – она все та же цыганская ведьма, разве что лишенная физической оболочки. Назвать ее неприкаянным духом не поворачивался язык.
– Значит, она не уйдет, пока сама того не пожелает? - спросила я Шанту, желая получить ответ в первую очередь от самой прабабки.
И Тшилаба не обманула ожиданий.
«Все верно, Звездочка. Пока сама того не пожелаю. В моем распоряжении вся твоя жизнь. Однажды карты лягут так, моя драгоценная девочка, что ты попросишь силу, попросишь. Не для себя – для тех, кто дорог твоему сердцу. Нас всегда делают уязвимыми наши любимые».
Я стиснула зубы, не в силах даже мысленно оспорить правдивость этих слов.
