5
0Кстати, в «трясучку» как играют?
– Игра проста, эффективна и не требует применения физического насилия. Самые крепкие подозреваемые держатся от часа до двух, потом…
В кабинет к Казачкову, как осенний лист в распахнутое окно, влетел Ковалик.
– Вадим Алексеевич, из райкома партии звонили, сказали, что у ДК мало милиционеров в форме. Надо еще человек десять-пятнадцать выставить.
Я поднялся, поправил куртку, нащупал в кармане упаковку с колготками.
– Я домой, переоденусь в форму – и назад.
– Сразу к ДК подходи, там встретимся.
До выхода из райотдела я успел заскочить в свой кабинет и оставить колготки в сейфе. Придя домой, убедился, что с подарком поступил абсолютно правильно: в комнате не было никаких признаков появления Марины в мое отсутствие. Это она мне так свой характер показывает.
Наскоро переодевшись, я пришел к ДК, постоял в толпе у входа, послушал разговоры и прошел внутрь. Гроб с телом Паксеева стоял посреди фойе. В почетном карауле у изголовья покойного замерли прапорщик из военкомата и солдат срочной службы в парадной форме.
– Солдата-то откуда взяли? – спросил я участкового, несшего службу внутри ДК.
– В отпуск к родителям приехал. Отличник боевой и политической подготовки. Пришел в военкомат отмечаться, его на похороны загребли, не офицерам же в почетном карауле стоять.
У гроба на скамеечке сидела Неля Паксеева. Из-за надетого на голову платка я вначале не мог рассмотреть ее лица, подошел поближе."
"Неля выглядела немного старше своих двадцати пяти лет. Родив в подростковом возрасте, она располнела, но не обабилась, а осталась молодой привлекательной женщиной. Лицом Неля была похожа на отца – тот же острый нос, маленькие, близко посаженные глазки, сросшиеся на переносице брови. Рядом с ней сидел мальчик – копия Анатолия Седова. По другую руку от Нели замер в напряженной позе мужчина лет тридцати, одетый в темный костюм, при галстуке. На руке у него поблескивал массивный перстень-печатка. Судя по фамильным чертам лица, это был сын Паксеева, живущий в городе. Двое других детей Юрия Иосифовича на похороны приехать не смогли.
Неля Паксеева смотрела перед собой потухшим взором. Губы ее шевелились в беззвучной молитве. На мгновение она повернулась в мою сторону, и я опешил: в ее глазах не было никакой скорби. Неля подсчитывала в уме одной ей ведомый дебет и кредит. Мысленно она была не у гроба отца, а где-то далеко-далеко, где происходили интересные и важные для нее события.
«Зря ее за глупенькую простушку принимают! Ничего придурковатого в ее взгляде нет. Она даже в такой давящей на психику обстановке остается спокойной и уверенной. Братец ее сидит как истукан, не знает, можно ему выйти покурить или нет, а Неля – ничего, ее никакими похоронами с толку не собьешь».
