Естественно, расскажу о произошедшем ректору, чтобы впредь подобного отношения не случилось ни с вами, ни с другими студентами, но имя Тэссы Килон не прозвучит. Даю слово Тëмной. Могу поклясться Тьмой. Какой вариант считаете для себя приемлемым, тот я и выполню.
Девушка прикусила нижнюю губу, явно раздумывая, насколько можно быть со мной откровенной.
Я сложила свои ладони перед собой, а затем медленно развела в стороны сантиметров на десять. Мир сразу же окрасился в разные оттенки серого, став монохромным. Знаю, что в такие моменты мои глаза из ярко-голубых становятся абсолютно чëрными, и даже белки затягивает Тьма.
– Клянусь, что имя Тэссы Килон не будет упомянуто при пересказе сегодняшнего разговора, а всë услышанное в точности передано в случае необходимости. Без искажений и интерпретаций, способных изменить исходный смысл."
"Частицу Тьмы несколько раз опоясали разряды, после чего она приняла форму древней руны ""обязательство"", а затем исчезла.
Тэсса удивлëнно хлопнула ресницами.
– Зачем? Я и так.
Привычные цвета вернулись на место. Как же я люблю яркие краски! Сумеречный мир хорош лишь в бою и некоторых видах колдовства. Постоянно пребывать в нëм – это лишиться части жизни во всех смыслах этого слова.
– Видите ли, Тэсса, я привыкла держать своё слово и подтвердить свои намерения для меня не составляет труда. Итак, готова Вас выслушать. Если не сочтëте за обременение, то попросила бы Вас сопроводить меня до столовой, а также рассказать по пути что и где находится.
Девушка кивнула:
– Да, конечно.
Я повернула голову в сторону окна, возле которого стояла трëхметровая деревянная ""указка"".
– Я думала это приспособление для того, чтобы заевшие кольца штор поправлять...
– И тем не менее это указка...
Глава 20. Столовая"
"Услышанное о Тэссы у меня в голове не укладывалось. И это нас, Тëмных, Светлые считают негодяями и сволочами?! Я даже представить не могу, чтобы в каком-то из нашим учебных заведений было такое отношение к обучающимся. Да, на некоторых специальностях методы обучения могут быть жëсткими, но даже там никогда студентов не унижали и тем более – не били.









