2
0С явным трудом подавив торжествующую ухмылку, он перешел к сути дела:
— Государь наш — Царь и Великий князь всея Руси Иоанн Васильевич — вызывает тебя, Гуго Уиллоби, и людей твоих в Москву. Дабы вам предстать перед ним.
— Благодарю вашего Государя Иоанна Васильевича, — ответил Митька. — И когда ехать в Москву?
— Немедленно, — без запинки ответил посыльный. — Царь уже ожидает.
После этих слов еще сильнее побледнели Олешка и братья-близнецы. Они прекрасно поняли, что произойдет, если они поедут в Кремль. Иоанн Васильевич тут же распознает ложь и ни с кем церемониться не будет. Понимал это и Митька. Худшие опасения оправдывались. Посыльный от новгородских купцов не просто съездил в Москву, а, похоже, расписал все для Государя в таких красках, что тот немедленно вызвал англичан к себе на ковер. Отказ в данном случае был сродни оскорблению. А оскорблять Царя…
Необходимо было срочно выдумать что-то, что убедило бы царского посыльного в невозможности совершения такой поездки. По крайней мере, не прямо сейчас, как того хотел Игнат, вещая волю Иоанна Васильевича. Но время спешно уходило, и Митька вновь зацепился за первую проскочившую мысль.
— Польщен до глубины души, что Царь на меня свое внимание обратил и принять изволил. Но ума не приложу, как быть. При всем моем желании, при всем почтении и безмерном уважении к вашему Государю, с которым я мечтаю познакомиться, прямо сейчас я отправиться в Москву не могу. Не в моих это силах.
— Это еще почему? — спросил удивленный Игнат. Видать, не часто приходилось слышать отказы.
— Да повернулось все не в мою пользу, как бес попутал, уже думаю местных попов просить душу мою отмаливать, и на то денег нет… — запричитал Митька.
— Случилось-то что? — тут же вернул рыбака в конструктивное русло его визави, не став слушать причитания про бесов.
— Ну как что? — Митька собрался с мыслями, прежде чем продолжить. — Угодил я в шторм. Зазимовал в диких, пустынных землях. Почти вся команда полегла. Кого видишь — те только живы остались. Я бы и рад ехать, да с кем? Да и не на что. Я живу тут за счет доброты Ивановского сто. И признаться, уже даже боюсь подумать, какой там долг набежал.
Игнат внимательно выслушал, не перебивая, мотая каждое сказанное Митькой слово на ус. По спокойному лицу посланника было не определить эмоций, которые вызвали у него услышанные слова, отчего Митьке пришлось пережить несколько неприлично долгих мгновений, прежде чем Игнат заговорил.
— Так ты про это. — Он махнул рукой совершенно небрежно. — Разве это проблема, когда Государь тебя изволил звать?
— Как же я к Государю доберусь? Без денег-то и людей?
— Уж не знаю, как у тебя там в Англии устроено, но у нас на Руси гостей встречать принято, — многозначительно заявил Игнат.
