2
0Я приду заранее и буду вас ждать на соседнем перроне за каким-нибудь киоском.
— На хрена?
— Хотя бы чтобы знать, что у тебя всё в порядке.
— И как ты узнаешь? Думаешь, меня в наручниках на поезд «Дрезден — Брест» посадят?
— Толик, у тебя в руках будут сумка и сервиз в коробке. Если сумка в правой руке, а коробка в левой — значит у нас «орднунг». Если наоборот — тогда: «Всё пропало, шеф!»
— А если всё плохо — что ты сделаешь?
— Выскочу из засады, нокаутирую особиста полка, и будем мы с тобой, Толян, уходить, отстреливаясь до последнего патрона, строго на Восток. Не бзди, прапорщик, я тебе выдам свой парабеллум.
— Тимур, меня и так трясёт, а ты тут со своими шуточками.
— Блин, братан, я же говорю — чтобы нам всем здесь — и мне, и Симоне, и Даше — знать, что у тебя всё в порядке. Чтобы спасть спокойно, и за тебя не волноваться.
— Понял. Что-то мне хреново, Тимур. Может до комитетчика зайдём куда-нибудь и вмажем по стопарю?
— А вот это здравая мысль! Вот и гаштет какой-то на той стороне улицы. Пойдём, шпиён. Толик, ты главное завтра сумку с коробкой в руках не перепутай.
Друзья заскочили в питейное заведение, которых в центре города, около вокзала оказалось не так уж мало…
Небольшой полутёмный зал на четыре стола в пятницу вечером был заполнен, Кантемиров подвёл товарища прямо к мощной деревянной стойке и заказал «цвай доппельт водка». Бармен сразу понял, что перед ним русские и понимающе кивнул.
По сорок грамм немецкой водки в тридцать восемь оборотов каждому оказалось ничтожно мало для снятия стресса перед встречей с сотрудником КГБ. Товарищи переглянулись, и нелегал сам попросил бармена повторить заказ в двойном размере: «фиер доппельт водка». И ещё два стакана яблочного сока. Толик очень любил яблочный сок и хорошо знал это слово — «апфельсафт» (Apfelsaft).
За барной стойкой Тимур продолжил инструктаж:
— Толян, ещё раз говорю — сумка в правой руке, это хорошо; сумка в левой руке — это плохо. Запомнил?
— Братан, уж поверь на слово, «левой — правой» мне в армии твёрдо вдолбили. Не перепутаю, — заулыбался человек, добровольно идущий сдаваться в КГБ.
А у его товарища после повтора тоже приятно зашумело в голове. Начальник стрельбища осмотрел зал в поисках тайной слежки, подозрительных лиц не обнаружил, но на всякий случай пододвинулся ближе к нелегалу и зашептал в ухо:"
"— Гражданин шпиён, у меня к вам ещё одно дело.
— Слушаю внимательно, товарищ разведчик, — тихонько ответил бывший начальник вещевого склада и, подозрительно взглянув на рыжего бармена, склонил голову.
— Толик, я купил твоей Симоне самые модные духи.
— Покажи.
— Вот. — Кантемиров развернулся от стойки, ещё раз внимательно осмотрел зал и вытащил из кармана небольшую коробочку французских духов.
