2
0Но настроение сразу ползет вверх, а когда в ответ пиликает мессенджер, сердце делает рывок и замирает. Я даже открыть сообщение боюсь.
Все же собираюсь с духом, открываю и изумленно ахаю, потому что вижу фото живописного городского пейзажа, снятого с балкона отеля. Этаж невысокий, но вокруг все здания невысокие и очень красивые, скорее, Тим просто остановился в старой части города.
Снимки идут один за другим, я потрясенно таращусь на экран — это он мне шлет? Может, перепутал контакт? Не выдерживаю и пишу:
«Тим, ты не ошибся, это мне?»
Ответ заставляет дышать чаще, он понял, что я имела в виду. Потому что отвечает коротко: «Да».
Не могу справиться с волнением, но и не хочу, чтобы сейчас все закончилось. Поэтому спрашиваю:
«Это какой город?»
«Мюнхен».
И снова пауза. Ну что же написать, чтобы он не подумал, что мне неинтересно?
«Очень красиво!»
Теперь Тимур думает, что написать. Хотя, о чем я, скорее, отложил телефон в сторону, в конце концов, он поехал туда работать, а не… Кладу свой в карман и чуть не подпрыгиваю от пиликания и вибрации.
«Тебе нравится?»
«Да, очень».
Еще мне очень понравилась Прага. Кофейня Алекса, у которого я работала, тоже находилась в старой части города. Саша несколько раз приглашал меня на прогулки по городу, пока я не поняла, что его интерес не только дружеский.
Когда я собралась уезжать, он предложил мне остаться, несмотря на беременность. Сказал, что я ему небезразлична, что он ко мне привязался. Я очень боялась услышать признание в любви, но мне повезло, о любви он не говорил. И с тех пор, как я здесь, мы ни разу не списывались.
«Ты была только в Праге?»
«Да».
Саша звал и в Италию, и во Францию, но я старалась откладывать каждый заработанный евроцент на роды и приданное ребенка. А за его деньги путешествовать тем более не хотелось. Немного колеблюсь, а потом пишу:
«Там очень красиво на Рождество».
Сразу приходит ответ:
«Я делаю Польке загранпаспорт. Можно будет приехать на Рождество сюда».
Перечитываю несколько раз. Это что значит? Он поедет вдвоем с дочкой? Осторожно отписываюсь:
«Хорошая идея».
Почему-то вижу Тимура хмурящим брови и вчитывающимся в экран. Будто он, как я только что, читает и не может сообразить, я говорю лишь о них с дочкой, или себя имею в виду тоже. Потом соображаю, что к зиме я вряд ли перестану кормить, так что в любом случае для поездки Тимуру понадобится няня.
Больше он не пишет, но мне с головой хватило того, что есть. Хочется петь и танцевать, кажется, я сейчас и взлететь смогу. Возвращаюсь с прогулки, переодеваю дочку, а потом подхватываю ее на руки и начинаю кружиться по детской."
"Полинке нравится, она смеется, а я танцую, и сама себе подпеваю. Тим сказал, на Рождество можно будет вместе куда-то уехать.
