3
0Ясно тебе? В порядке! А ну, пошли! – и тащит ее, послушную и безвольную, вниз с крыльца.
Скатившись со скользкой лестницы, обе проваливаются по щиколотку. Площадка перед Отелем засыпана до второй ступеньки и похожа на огромный сливочный торт. На десерт «Павлова». Дорожки исчезли. Где-то внизу, под сахарным снежным коржом, спят разбросанные лыжи и стриженые туи. Держась за руки, как дети на пороге темной комнаты, они замирают.
– На вашем месте, – спокойно говорит Оскар сверху, – я все-таки обратил бы внимание на следы.
– Идите вы к черту, – с чувством отвечает Маша и делает шаг вперед.
– Машка, – шепчет Таня. – Подожди.
Следы действительно есть. От крыльца вправо, огибая Отель, мчится свежая, прорытая Ваней сердитая борозда. Легкие и недлинные Петины шаги заметить труднее, их почти уже занесло. Разрезая надвое пышную крышку торта, они ведут совершенно в другую сторону. Уходят в лес.
Таня выдергивает пальцы из Машиной горячей ладони и бежит вдоль осыпающегося, исчезающего Петиного следа. Боясь наступить и разрушить, спутать. Потерять и больше не найти. Она слышит за спиной голоса – эй, кричат ей, ты куда, подожди, ну подожди! И ускоряет бег.
Она бежит, задыхаясь – тяжелая, неловкая, – и врезается в лес, зажмурившись, как будто ныряет в ночную непрозрачную воду, и склонившиеся к земле мороженые еловые ветки взлетают, распрямляясь и брызгая снегом, как освобожденные пружины. Под елками мрак и мороз. Луна осталась снаружи. След исчез.
Всё, бессильно думает Таня, сгибается пополам. Всё. Против воли глотает проклятый горный кислород. Сырой, с привкусом железа.
– Ты одна? – негромко спрашивает Петя где-то совсем рядом, как будто над самым ее ухом.
* * *Лимонно-желтая лыжная палка с черной надписью NORDIC JOY, вытертым ремешком и разломанным пластиковым кольцом в середине кухонного стола, между салфеток и пустых коньячных рюмок, смотрится неуместно и грубо, как автомат Калашникова. Как мертвая птица.
– Подожди, – говорит Егор. – Давай еще раз. То есть ты просто пошел в лес, и она там… что? Висела на дереве?
– Она торчала в снегу, – терпеливо отвечает Петя.
– И ты тут же заметил ее.
Петя пожимает плечами.
– Так луна же, – говорит он.
– Ну хорошо, – нервно начинает Егор. – Хорошо. Предположим. Но откуда ты знал, где искать? И потом, – говорит он, страдальчески морщась. – Это же просто палка. С чего ты взял, что… Почему ты вообще решил?..
Петя подходит ближе. Хрупкий, собранный и сердитый.
– Смотри сам.
Семисантиметровый острый металлический шип отмыт дочиста двухдневным пребыванием в сугробе.
