Тьма после рассвета

Пенсии да пособия. Но Тоня изо всех сил старалась придать своей деятельности смысл. Стариков нужно уважать, инвалидам нужно сочувствовать, особенно тем, кто утратил трудоспособность из-за травм, полученных на производстве. А вот инвалидности по психическому заболеванию Тонечка не понимала. Ну как это так? Руки есть, ноги есть, глаза видят, уши слышат — и не работать? Неправильно это. «Меньше придуриваться надо, — сердито говорила сама себе Тоня. — Если совсем псих, то пусть в буйном отделении лечится, а если может дома жить, то и работать может.

И нечего государственные деньги на них переводить». Но вслух она, конечно же, ничего такого не произносила."

"Когда сегодня начальница вызвала ее и строгим голосом велела оказать содействие товарищу из милиции и подобрать все карточки на инвалидов по психзаболеваниям, Тонечка даже поначалу решила, что в их райсобес нагрянула какая-то проверка. Она тщательно выбрала нужные карточки, а товарищ из милиции по имени Николай их просматривал и раскладывал на две кучки. «Наверное, в одну стопку он складывает карточки, в которых все в порядке, а в другую — те, где что-то неправильно», — испугалась Тоня поначалу.

Мало ли что там могло быть… Очередной ВТЭК просрочили, пенсионер сам не позаботился, а собес проглядел и теперь незаконно выплачивает пенсию, или еще что-нибудь. Ей очень хотелось узнать, по какому принципу этот симпатичный оперативник раскладывает карточки, но подсмотреть не удавалось, а спросить девушка не решалась.

Николай закончил со стопками, составил какой-то список, зашел в кабинет к Тониной начальнице и вышел уже вместе с ней.

— Пойдешь с товарищем, — начальница кивком головы указала на Николая. — Проведешь проверку условий проживания.

Тоня обрадовалась. Во-первых, куда бы ни идти — это в любом случае лучше, чем сидеть в кабинете и возиться с бумажками. А во-вторых, совсем неплохо провести время в обществе такого славного молодого человека. Тонечка побежала одеваться и не забыла чуть-чуть подкрасить губы и припудрить предательски блестевший носик.

Сначала они с Николаем поехали на милицейской машине в райотдел, Тоня осталась ждать на улице, а Николай зашел внутрь и вернулся минут через двадцать.

Когда он достал из папки список, чтобы назвать водителю адрес, девушка успела заметить, что многие фамилии почему-то вычерк­нуты.

— А этих уже не нужно проверять? — спросила она, забыв о стеснительности.

— Всех проверят. Вычеркнуты те, к кому поедут другие сотрудники, а нам с вами предстоит навестить тех, кто остался.

— Николай, а можно спросить?

— Можно. И давайте без реверансов, ладно? Я — Коля.

— Тогда я — Тоня, — улыбнулась она.