3
0
— Во всём виноваты женщины, — усмехнулся в ответ, — Они наш двигатель.
— Понял, — засмеялся мужчина, — И на твою шею нашёлся хомут. Ладно, как будут новости, я сообщу.
— Спасибо, — поблагодарил его, сбрасывая вызов.
Что ж, если всё пройдёт по плану, то мы с Натальей переберёмся в столицу и начнём всё с чистого листа. Хоть эта упрямица и не звонит, но я уверен, что переживает и скучает.
— Костя! — скривился от голоса, что окликнул меня. Переезжать надо и как можно быстрее.
— Что? — вздохнув, повернулся к ожидавшей меня Марии.
— Нам нужно поговорить… Пару минут, — с надеждой попросила она.
— Говори, — разрешил ей, складывая руки на груди.
— Даже не пригласишь? — потухше уточнила она.
— Нет. В последний раз ты восприняла слишком буквально фразу: ""Можете чувствовать себя как дома"", — наполнил ей про внезапный стриптиз в моей гостиной.
— Но здесь холодно…, — попыталась она настоять на своём.
— Тогда поговорим, когда потеплеет, — пожал равнодушно плечами и пошёл к подъезду.
— Пока ты тут мне рассказываешь про свою любовь к Наташе, — донеслось мне ядовитое в спину, — Она не отказывает себе в общении с мужчинами.
Затормозил. Развернулся и засмеялся на этот бред, вот только весёлость быстро улетучилась. Откуда ей это взять?
— Ты ездила к ней? — с металлом в голосе спросил, вмиг становясь серьёзным. Мария опешила, растерялась. Взгляд ее заметался, она явно пожалела о сказанном.
— Лишь поговорить… Понять её чувства…, — блеяла какую-то чушь бывшая жена. Внутри меня словно бомба рванула. Ничего адекватного Маша не могла ей сказать. Как это выглядело? Чего ждать звонка от Натальи, если за моей спиной происходит такое…
— Ты перешла все грани разумного, — подходя к ней ближе, процедил сквозь зубы, — Я же предупреждал тебя.
— Костя…, — попыталась перебить она меня.
— Нет, — припечатал непоколебимо, — Ты сама виновата в том, что будет дальше. Мы теперь не друзья, Маша. Отвела душу? Выплеснула яд?
— И что ты сделаешь? — немного нервно усмехнулась она, — Позвонишь ей и скажешь, что всё ложь?
— Для начала я вылечу тебя, верну с небес на землю, чтобы впредь неповадно было лезть в чужие отношения, — смотря в её испуганные глаза, проговорил решительно.
— Я люблю…, — роняя слёзы, жалко прошептала Мария.
— Себя. Ты любишь только себя. Ни Стаса, ни Дениса, — покачал головой, испытывая к ней раздражение, — Ни меня.
— Пожалуйста…, — с мольбой в голосе попросила она, — Я клянусь больше не вмешиваться. Только, пожалуйста, не мсти мне…
— Раньше думать надо было, — безжалостно оборвал её, разворачиваясь и идя к дому, доставая по пути телефон из кармана и набирая нужный номер.
