Криптум

Так что несколько часов спустя Чакас провел меня темными улицами в соседний район, где обитали чамануши, и представил своему партнеру, серолицему флорианцу. В окружении толпы низкорослого молодняка и двух сутулых, пожилых, как мне показалось, женщин, тот изволил ужинать, поглощая какое-то мясное блюдо с гарниром из фруктов.

По словам флорианца, его предки некогда посещали кольцеобразный остров в центре громадного затопленного кратера. Его называли Джамонкин-Ауф – Вода Великана. По словам Чакаса, остров был настоящим кладезем древностей.

– Тех, что остались от Предвозвестников? – спросил я.

– Это еще кто такие?

– Древние мастера, – ответил я. – Еще до Предтеч.

– Может быть. Очень древние. – Флорианец обвел меня подозрительным взглядом, потом пошлепал себя по губам тыльной стороной кисти.

– Органон? – спросил я.

Ни Чакасу, ни флорианцу это не было известно, но они поспешили заверить меня, что такое вполне возможно.

Тем временем экипаж открыл крышку каллиопы. Чамануш, голова которого едва доставала мне до пояса, помахал поднятыми руками. С помощью его маленьких ловких пальцев они вставили новую деревянную дощечку, усаженную крохотными роговыми шпыньками, потом переустановили набор жильных струн, установили рожок для передачи музыки в воду, прикрепили паровую трубу, перемотали пружину, которая приводила все это в действие.

К корме подошел Чакас, все еще взволнованный.

– Музыка успокоит дикие цветы, – сказал хамануш, поднеся мозолистый палец к губам. – Мы теперь будем ждать и смотреть.

Подбежал флорианец и сел на корточки рядом с нами, обхватив голые щиколотки своего друга. Череп маленького существа был раза в три меньше головы молодого Чакаса, но мне было трудно решить, кто из них умнее… или правдивее.

Я вовсе не собирался делиться со своими проводниками драгоценными знаниями о человеческой истории, которые по крупицам собирал в записях первых Предтеч.

Десять тысяч лет назад люди воевали с Предтечами и проиграли. Центры человеческой цивилизации были уничтожены, а сами люди деэволюционированы и разделены на множество рас. Некоторые считали это наказанием, но большинство сходилось на том, что такая мера была вызвана природной жестокостью человека.

И тут за людей почему-то вступилась Библиотекарь. Именно ей Совет ойкумены поручил курировать Эрде-Тайрин. Библиотекарь переместила на планету остатки человечества, часть которого смогла эволюционировать к своему прежнему состоянию. Что ж, я не был в этом уверен, уж слишком деградировавшими мне показались люди.

Девять тысяч лет назад на планете оказалось больше двадцати рас, некогда принадлежавших единому человечеству.