Криптум

– Я никогда не был настолько наивным, чтобы верить, что исполнение долга ведет к славе или что опыт возвышает до мудрости среди Предтечей, – говорил он, и его низкий голос эхом разносился по отсеку. – Мои дети, я хотел бы, чтобы вы остались со мной и давали советы. Я чувствую себя слабым и одиноким. Я боюсь того, что могу найти, когда снова окажусь среди строителей. Это их правление завело нас в этот тупик. То, что мы давным-давно узнали от людей…

Он увидел меня за сводом, протянул свою мощную руку и жестом пригласил присоединиться к нему. Я повиновался.

Дидакт был один, окруженный боевыми сфинксами. Больше никого.

– Почему мы улетели так далеко? – спросил я."

"– Многократные заходы в гиперпространство могут быть отслежены хранителями сердцевины, если эти путешествия рациональны. Это путешествие не является рациональным. Благодаря нескольким дополнительным прыжкам нас будет труднее засечь.

Дидакт прошел по внутренней стороне эллипса, прикоснулся к одному сфинксу, потом к другому.

– В них то, что осталось мне от моих воинов далеких лет.

– Они – дюрансы?

В моей нательной броне я покрылся гусиной кожей при воспоминании о том, как сфинкс укоряет меня, призывает смириться с неизбежным, и при мысли о том, что в нем есть что-то большее, чем анцилла. Райзер тоже это чувствовал.

– Нет, воины не соблюдают приличий, как ты, вероятно, заметил. Наши мертвецы редко остаются на поле боя в таком состоянии, чтобы их останки можно было подобрать целиком. Все, что осталось мне, – это последние взаимодействия, которые у моих детей были с их машинами, – мимолетные примеры их мыслей и воспоминаний, перед тем как они погибли в бою, это сохранили для изучения их командиром, – может быть, в них найдется что-нибудь полезное для будущих сражений. Их командиром и отцом был я… мне так и не хватило мужества стереть их.

– Они все еще делятся с тобой своими мнениями? – спросил я, не без дрожи поглядывая на сфинксов.

– Некоторые суждения сохраняются, – сказал он, опуская на меня взгляд. Он положил свою мощную руку мне на плечо. – Ты совсем не такой дурак, каким пытаешься себя выставить. Если бы я спросил у тебя, что делать, – сказал он, – что бы ты ответил?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

– Я бы долго и упорно думал, – ответил я. – У меня не хватает для этого знаний.

– Библиотекарь выбрала тебя и запрограммировала людей – она, видимо, думала, что ты в силах помочь. И, несмотря на многие наши расхождения, она редко ошибалась.

Он боролся с собой несколько секунд, на его лице сменялись выражения злости, печали, смятения, потом пришла решительность.

– Моя тактика перед советами строителей и воинов была слишком прямолинейной, моя политика слишком откровенной и наивной. Библиотекарь всегда вела себя правильно.