Криптум

Чакас окликнул его – не зло, а шутливо.

– Хамануш могут приходить и уходить свободно, – сказал он мне. – Он будет хвастаться этим, если мы вернемся домой. Он, похоже, стал здесь нашим начальником!

– Его мозг меньше твоего, – напомнил я.

– А твой меньше, чем у Дидакта, могу поспорить.

– Нет. – Я хотел объяснить принцип мутации от манипуляра до более высоких каст и форм, но мы уже вернулись на полянку, окружавшую наполовину врытый в землю каземат.

И мне пришлось проглотить слова.

На левой стенке спуска в задумчивой позе сидел Дидакт. Его темные глаза с тяжелыми веками были направлены прямо на нас, словно мы наконец удостоились крохи внимания.

Он прокряхтел и спрыгнул со стены с новообретенной резвостью.

– Манипуляр, – сказал он, – почему здесь эти люди?

Мы с Чакасом стояли перед прометейцем и молчали в страхе. Вот и все, подумал я. Пришел час суда и наказания.

– Скажи мне, почему – люди?

– Это наша планета, – сказал Чакас, точно подражая возвышенной интонации и грамматике Дидакта. – Может быть, правильнее было бы нам спросить, почему здесь ты.

Мне хотелось зажать ему рот, и я уже повернулся, чтобы сделать выговор, но Дидакт поднял мощную руку:

– Ты! – Он ткнул в меня пальцем. – Как это получилось?

– Человек говорит правду, – ответил я. – Планета отдана им под заселение. Я прилетел сюда в поисках артефактов. Эти люди показали мне место твоего упокоения. У них есть ге…

– Покой Криптума не должен нарушаться, – оборвал он меня, подняв глаза к небу. – Один из вас нашел способ открыть мой сосуд. Кто? И как?

Его печаль напоминала пелену над берегом и джунглями. Мне же казалось, что само присутствие столь высокого Предтечи наполняет усталым мраком воздух.

– Люди спели песню, – ответил я. – Криптум открылся."

"– Только один Предтеча может быть таким изобретательным, – сказал Дидакт смягчившимся голосом. – Или таким умным. Ты хотел сказать, что у людей есть гейс. Кто-то вложил в них эти коды. Во младенчестве или еще даже раньше.

– Думаю, так оно и случилось.

– Сколько прошло времени?

– Вероятно, около тысячи лет, – ответил я. – Очень долгий сон.

– Не сон, – сказал Дидакт. – Я вошел в Криптум на другой планете. Кто-то перенес меня сюда. Зачем?

– Мы инструменты Библиотекаря, – сказал Чакас. – Мы служим ей.

Дидакт с отвращением уставился на человека:

– Кто-то вместе с моими сфинксами помог мне ожить.

– Я. – Отрицать очевидное было бы глупо.

– Я надеялся вернуться с триумфальным признанием моих суждений, а вместо этого вижу перед собой молодого дурака и порождения древних врагов. Это хуже позора. Есть только одна причина… которая заставила бы Библиотекаря оживить меня в таких унизительных условиях.

Он поднял руку и сделал в воздухе короткое волнообразное движение пальцами.