7
0Вскоре из дома выскочил водила герра Киппа, козырнул мне и доложил:
— Фриц Мюллер, герр Горчакофф! Куда прикажете?
Я назвал адрес, он отворил мне дверцу, а когда я уселся, захлопнул ее. Вышколенный, подлец. Через десять минут он уже притормозил у княжеских хором. Я велел ему подождать и пошел за Мартой. Та оказалась уже при полном параде. Я тоже приоделся, захватив все положенные документы. И оружие. Все-таки мы ехали за город, и случиться могло все, что угодно. Хотя, конечно, в своих я стрелять не собирался, а в чужих — как придется. Мы с фройляйн Зунд вышли из дома, сели в автомобиль, и фриц по имени Фриц повез нас в поселок Подберезье Карамышевской волости Псковского района.
Ехали весело, с ветерком. Тормозили только на немецких блок-постах. Судя по их количеству, немцы и впрямь что-то серьезное затевали в этом районе. Замечал я и передвижение фрицовских частей. Последнее, впрочем, было в порядке вещей. Ведь через Псков проходили воинские части, которые фюрер бросал под Ленинград. Город Петра и Ленина выдержал самую страшную блокадную зиму 1941–1942 годов. Фашисты обломали зубы о стойкость и мужество защитников и просто жителей города на Неве. И эти — пока еще сытые, здоровые, вооруженные до этих самых зубов — тоже обломают.
А вот и Подберезье. Снова проверка документов. Пока особых разрешений не требуют. Видать, немчура делает вид, что ничего особенного в окрестностях не происходит. Ну и ладно. Это мне на руку. Я представитель лесоторговой фирмы Сухомлинского, по приказу коменданта, поставляющей строевой лес немецким властям. Как раз когда я заезжал за Мартой, престарелый князь, обливаясь слезами, вручил мне соответствующий мандат. На железнодорожной станции Подберезье он мне как раз и пригодился.
Немецкий комендант станции, майор Шрахт, смешной лысый толстячок, суетливо вызвался лично сопровождать нас до места, где привезенные из Плескау штрафники собирали, скатившиеся под насыпь, бревна. Майора мы взяли в авто, а охрана двинулась с нами на грузовике и двух мотоциклетах с пулеметами. Ага, выходит, шалят в окрестностях партизаны. Вряд ли это отряд Слободского. Далековато. Хотя, что я знаю сейчас о его деятельности? Давненько никого оттуда не видал. А главное — Наташи.
Свернули к узкоколейке. Подъехали к месту, где шли работы. Солдаты высыпали из грузовика, оцепили участок. Нацелили шмайсеры и MG-42 «пилы Гитлера» на опушку леса. Увидев фрицев, рабочие — бабы, старики и подростки — стали шевелиться быстрее. Тяжко им приходилось. Лесины тяжелые сырые. Подорванный рельсовый путь уже восстановили, подогнали новые платформы, взамен тех, что валялись под откосом. И вот на эти самые платформы штрафники и тянули веревками бревна.
Когда мы с Мартой выбрались из «Опель Капитана», к нам подошел Юхан.
