7
0Тот притормозил клячу. Я помог спутнице подняться в раздолбанный экипаж, сунул извозчику плату. Проводив повозку взглядом, поспешил к городской управе, радуясь, что заранее забил стрелку с Юханом именно в этом месте, еще не зная, что мне понадобится посетить сегодня господина бургомистра. В компании громилы чухонца мои аргументы будут весомее. Юхана я увидел издалека. Он торчал посреди площади, словно пожарная каланча. К нему пыталась пристать какая-то дамочка, судя по аляповатому наряду, ищущая заработка вне офицерского борделя.
— Юхан! — окликнул я чухонца.
Он отмахнулся от проститутки, обернулся, пожирая меня оловянными глазами.
— Я зтесь, хозяин!
Вот это молодец. Быстро перестроился. Понял, что поручик оказался слабаком.
— Идем в управу, — сказал я ему. — Будешь на подхвате.
Он кивнул. И мы поднялись на крыльцо. Охраняющий вход в здание городской управы полицай мазнул сонным взглядом по Юхану и, видать, узнал в нем соотечественника, потому и не стал спрашивать документов. Охраннику, который ковырялся в носу, в вестибюле, я сказал:
— Князь Горчаков к господину бургомистру!
— Валяй! — пробурчал тот.
— Этот со мною! — показал я на чухонца.
И мы направились на второй этаж к кабинету Черепенькина. В комендатуру мы бы так запросто не попали. Мало того, что наши ксивы раз десять сличили бы с физиономиями, так еще бы и обшмонали с ног до головы. Вдобавок — нас бы обнюхали овчарки на предмет обнаружения взрывчатых веществ. Жизнь предателя, который именовался городским головой, немецкое командование мало интересовала. Убью одного, назначат другого. Эка невидаль! Юхан отворил дверь приемной, сунул голову, повертел ею и только тогда отступил в сторону, пропуская меня. Я шагнул через порог и замер.
Глава 7
Здрасте. Давно не виделись! В приемной бургомистра, постукивая пальцами по пузатому портфелю, сидел ни кто иной, как товарищ Лаврик! Он же — Юрий Иванович Карнаус. Глянул в мою сторону и бровью не повел. Не узнал? Как же! Профессиональная выдержка матерого чекиста. Что он делает в приемной Черепенькина? Судя по толстовке, заправленных в сапоги диагоналевых брюках и портфелю работает под мелкого служащего.
Ну ладно — под среднего. Это с такими-то ручищами и такой-то ряхой! Ладно, это потом. У меня тоже выдержка.
— Вы по какому вопросу, граждане? — осведомилась секретарша, не красивая, тощая, с кудряшками истерзанных перманентом волосиков.
Она бы еще обратилась к нам с Юханом «товарищи», то-то смеху было бы!
— Князь Горчаков к господину бургомистру, — доложил я. — А это мой камердинер.
Секретарша остолбенела. Видать, живьем князей да еще с камердинерами ей встречать еще не доводилось.
— Будьте любезны обождать! — проблеяла она. — У них посетитель.
Величаво кивнул, я уселся на стул, рядышком с Лавриком.
