Красный Дракон с позывным \

Бензин привезли вовремя, спокойно обработали. Были у меня сомнения как Гришина сила поведёт себя без Кати, оказалось практически без изменений, Ниагара низвергалась с прежней мощью (видимо дело в вере). Пластина за ночь вновь стала фиолетово-чёрной. Заправили самолёт, довели запас на сцепке до 800 литров (4 бочки), ну и расходные заправили.

Механики готовят самолёты. Местные и службы обеспечения - помогают. От машины к машине, легкой трусцой бегут, всем известный со вчерашнего дня, паренёк и приметный младший лейтенант. При их приближении Механик спешно открывал капот двигателя, те замирали на минуту-полторы и потрусили к следующему, там так же заранее, открывается капот, всё повторяется.

- Это чего они? -Удивляются местные.

- Ритуал у нас такой. Змей с Григорием Ивановичем Удачей делятся.

- И как помогает? - скептически хмыкнул, кто-то из местных.

- У нас тоже были сомневающиеся. Дело было в декабре, Слёг Киселёв на неделю, думали помрёт, а они друг без друга никак. На третий день самые легковеры заголосили. Когда выздоровел его чуть не на руках носили.

- Такого понесёшь! - с сомнением.

- Ну не на руках на саночках возили от самолёта к самолёту, только бы удачу вернуть.

- Не вероятно!

- А то! Но сам посуди. У нас все лётчики с начала войны летают, в полку все орденоносцы, Лёшка Смирнов - герой. Вот и думай, может такое быть без удачи! То-то!

Ранний завтрак и в путь.

- От винта! - командую другу. Запуск. Прогрев. Отмашка, выруливаю вслед за Кругловым. Теперь он прикрывает хвост новому командиру. И я тут рядышком. Поехали.

- 11601 я парта.

- Парта, 6,01 слушаю?

- 6, 01 твои вышли все, счастливого пути.

- Принял 6, 01. Спасибо.

- Конец связи.

- Конец связи.

- 6, 02 пристроиться справа.

- Справа разрешил.

- 6, 03 позицию занял.

- Принял.

- 6, 10 мои собрались.

- Принял.

- 6, 21 собрались, вас и десятого наблюдаю.

- Принял.

Дальше шли в радио молчании. Подпитываемый пластиной, видел весь боевой порядок. Высоту держал 2000 над ним. При подлёте, на пределе видимости, зафиксировал воздушный бой. Никаких указаний с земли не было, Да мы и так шли с минимальным остатком.

Встретил нас не ласково какой-то пропагандист, то-ли армейский, то-ли дивизионный, собрал в довольно большом зале уцелевшего здания не успевших толком ноги размять лётчиков и начал втирать в уши какие мы Г (в смысле резиновые изделия, не подумайте, что галоши).

- Вы товарищ политрук что-то геройствуете за 100 км от фронта и вместо того, чтобы дать лётчикам принять пищу и готовиться к полётам, несёте полный бред,

- Это я бред несу!? - грозно надвинулся он.

- Конечно.