12
0
Хести мечтала стать старшей жрицей, она искренне верила в предназначение лунного народа и преклонялась перед мощью и мудростью их Богини, но научиться ненавидеть так и не смогла. Будь ее воля, она бы предпочла забыть о войне.
Рабство, насилие, уничтожение культуры нуад – все это в красках описывали летописцы, на этом выросло несколько поколений. Верховные передавали друг другу сакральные тайны, которыми поделился с ними Галевас – первый, с кем заговорила Черная Мать. Вместо того чтобы отстроить свой искалеченный войной мир или вовсе уйти в Запретный Край, нуады снова и снова пытались открыть врата, чтобы Богиня покарала тех, кто принес их народу столько боли.
Хести казалось, что нуады бьются о стекло, как привлеченные светом мотыльки. Они могли просто оставить в покое кровавое прошлое и начать новую жизнь, но упрямый король, а после него – такие же упрямые Верховные продолжали отстраивать разрушенные Сынами Зимы города, упиваясь своим горем.
Минуло много лет, но над землями их Дома все еще витал дух смерти и скорби, превращая каждое поселение в могильник, заставляя нуад носить вечный траур и лелеять ненависть, которую, как казалось Хести, они впитывали вместе с молоком матерей.
– Пойдем, – сказала наставница, – я покажу тебе кое-что. Мы трудимся над этим уже много лун.
Заинтересованная, Хести пошла за ней, подобрав полы мантии. Магия приятно вибрировала вокруг, будто только и ждала, когда она использует жест силы. Теперь нужно было быть осторожной: внезапные всплески магической активности будут преследовать ее еще несколько месяцев, и она может ненароком ранить кого-то или саму себя.
Наставница вдруг замедлила шаг и сказала:
– Амария.
– Что? – не поняла Хести.
– Мое имя. Меня зовут Амария.
Нуады редко пользовались именами, предпочитая называть друг друга братьями и сестрами. Это обезличивало, но одновременно объединяло – общая цель превыше всего, благополучие общины важнее личного. Хести польстило, что наставница назвала себя и тем самым подтвердила, что полностью доверяет ей.
Амария открыла неприметную дверь за домиком для слуг и пропустила Хести вперед.
Крутая лестница уводила их все глубже под землю. Стены сочились влагой, крысы разбегались, едва завидев свет факела. В затхлом воздухе роились невесть откуда взявшиеся мясные мухи. Хести пыталась считать ступени, но сбилась со счета; чем ниже они спускались, тем холоднее становился воздух."
"Спуск закончился неожиданно – перед ними выросла каменная стена, покрытая черно-зелеными наростами, с окованной железом дверью.
– Где мы? – спросила Хести, воспользовавшись мгновением передышки.
– Где-то под Домом-Над-Водой. Лаверн не знает, откуда взялись эти тоннели, но любезно позволил нам ими пользоваться.
