14
0– Я могу облегчить твою боль, позволь мне…
– Что тебе нужно? – простонал Савьер, пытаясь вырваться из цепких рук. – Ты то ненавидишь меня, то пытаешься помочь, я ничего не понимаю!
– А тебе и не нужно.
Она стащила простыню с его ног, и Савьер стыдливо попытался прикрыться руками. Ему стало не по себе – никому, кроме лекарей, он не показывал свое уродство.
– Жрицы могут помочь тебе, – тихо сказала Хести, разглядывая худую, жилистую ногу. – Почему ты не обратился к ним?
– Не хочу быть обязанным.
Ее пальцы бегло ощупали выступающую мышцу. Савьер почувствовал уже знакомое покалывание и тепло. Боль отступила, и он порывисто выдохнул.
– Пожалуйста, – проворчала Хести, усаживаясь рядом. – Неужели так сложно просто поблагодарить меня?
– Я совсем тебя не понимаю, – вздохнул Савьер. – Ты то ненавидишь меня, то огрызаешься, то спишь в моей постели. Что тебе нужно? Зачем ты все это делаешь?
Хести пожала плечами и отвернулась. Савьер устало запустил пальцы в волосы и попытался успокоиться.
Он никого не подпускал к себе, стесняясь своего уродства. То, что Зоуи видела покалеченную ногу, ранило его до глубины души и уязвляло самолюбие. Если бы нуады не участвовали в войне и не поддерживали Лаверна, Савьер бы попросил их о помощи, но не теперь. Сейчас он не хотел связываться с ними – и, больше того, боялся оказаться у них в долгу.
– Это… уродливо? – тихо спросил Савьер.
– Вовсе нет, – буркнула Хести.
– Ты правда так думаешь?
– Отвяжись от меня, калека.
Она вскочила с постели, поправила ночную сорочку и, громко топая, направилась к двери.
– Хести!
Жрица обернулась.
– Спасибо."
"Окинув его тяжелым взглядом, она кивнула и вышла из комнаты.
Позавтракав в одиночестве, Савьер отправился на поиски Элинор. Он нашел ее в небольшом саду за поместьем – они с Джемини играли с котятами. Малыш гладил пушистые комочки и заливисто хохотал.
– Прививаешь ему любовь к животным? – Савьер медленно сел на скамью и откинулся на резную спинку.
– В моей семье все их любят, – откликнулась Элинор. – Отец разводил сов, а матушка – кошек. Думаю, любовь к животным заложена в Джемини Матерью.
Она выпрямилась и обернулась. На ее лице играл румянец, глаза блестели, а всегда тщательно уложенные волосы слегка растрепались. Она выглядела удивительно хорошо в строгом бордовом платье с белым воротником.
– Как твоя нога? – Элинор оставила малыша с котятами и подошла к Савьеру.
– Лучше.
Он не лгал: после того, как Хести помогла ему, нога перестала пульсировать и ныть. Если бы у нее был более покладистый характер, они могли бы стать друзьями.
– Ты так задумчив сегодня. – Элинор хотела присесть рядом, но вдруг передумала. – Прогуляемся?
– Конечно.
