– Не плачь… не сейчас… и не прощайся… Я всегда… с вами… Целую вечность… впереди…
Он без сил опустился на бетон причала, откинувшись спиной на одну из бочек, и мутным взглядом провожал удаляющийся велосипед и последнего хорошего человека, которого довелось видеть ему в жизни. Рокот мотоциклетных моторов становился все ближе. Со стороны бухты слышался шум моторов катеров и гидроциклов.
Никита сделал хриплый вдох и взглянул в последний раз на прекрасное синее небо и белоснежные облака, подсвеченные уходящим на запад солнцем. Где-то в вышине кружил белоплечий орлан.
– Опять ты… чертова курица… Улетай… – прохрипел Вишневский. – Перья подпалишь… улетай…
Он облизнул пересохшие губы и тихо, прерывисто дыша, запел:
Наверх, о… товарищи, все по местам…Последний… парад наступает…Врагу… не сдается… наш гордый… «Варяг»…Пощады… никто… не желает…С десяток катеров и гидроциклов приблизились к погружающейся лодке. Кто-то из каннибалов даже бросился на покатую палубу субмарины и судорожно метался по ней, ища хоть какой-нибудь вход. Территорию завода заполонили мотоциклы и квадроциклы.
Не скажут… ни камень… ни крест… где легли…Во славу мы русского флага…Лишь волны… морские… прославят вовек…Геройскую… гибель… «Варяга»…Тихо продолжал петь Никита и вдруг перед ним возник кто-то высокий. В сапогах с металлическими шипами, с широким поясом и большими ножнами на нем, украшенными человеческими скальпами.
– Слышь… придурок… ты себя… в зеркало-то видел?.. – простонал Вишневский, через силу усмехнувшись. – Это же… умора просто…
Враг вытянул шею вперед, оскалившись и попытавшись изобразить звериный рык.
– Классный ножик… – кивнул Никита. – Давай махнемся?
Он вытянул перед собой руку и разжал ладонь.
Каннибал застыл, вытаращив глаза на гранату.
– Добро пожаловать на Камчатку… говна кусок… – улыбнулся в последний раз Никита Вишневский.
* * *Первые бочки детонировали с интервалом в доли секунды, множа силу взрыва и температуру в эпицентре.









