Край земли. Затерянный рай

Это следы одного зверя. Скорее всего, задняя и передняя пары лап оставляют разные следы. Одни лапы, задние или передние, похожи отпечатком на волчьи, а другая пара похожа на медвежьи.

– Медволк? Волмедь? Что это за тварь тогда? – спросил Никита.

Старик уселся на траве, сложив на коленях руки и задумчиво глядя на ближайшие к нему следы.

– Это росомаха.

Один из вилючинцев вскинул руки:"

"– Анатолич! Ну, ты опять за свое?! Росомахи не крупнее собак!

– Похоже, не в этом случае. Вообще, у росомах… У обычных росомах ступни лап непропорционально велики. Это отличительная черта данных хищников.

– Но даже в этом случае ее туловище будет гораздо крупнее взрослого человека, Анатолич!

– Вот именно, – кивнул Сапрыкин. – Вот именно. И эти звери очень прожорливы[26]. Значит, такой крупной особи нужно очень много пищи. А хищники, которые провели успешную охоту на человека, обычно в дальнейшем переходят именно на этот рацион.

– Какой рацион? – мрачно спросил Жаров.

– Человечина, – спокойно ответил старик.

– Значит, если на сотни километров вокруг больше нет людей, оно останется здесь и будет охотиться на нас? – предположил Вишневский.

Сапрыкин кивнул:

– Верно. Здесь много пищи.

– Но… – Никита снова взглянул на автомат погибшего, что держал в руках. – Я не пойму, неужели этого зверя нельзя убить? Вулканологи из казарм слышали три автоматные очереди. Три автоматные очереди, дядя Женя!

– Да, мы тоже слышали, – сказал еще один пожилой вилючинец. – Потому и пришли сюда, когда рассвело.

– Но как, я не понимаю? – продолжал Вишневский.

– Любое существо, которому требуется пища, смертно, – ответил Сапрыкин. – Его можно убить. В нашем случае даже нужно. А что касается оружия… Парень ехал ночью на велосипеде. Темно. Слабенькая фара светит на несколько метров вперед. И все. Он просто не видел зверя, когда тот напал. А эти выстрелы… Он, скорее всего, стрелял не прицельно. Похоже, что это был просто рефлекс. Отчаяние. Вон там мы странные дырки в земле нашли. Потом поняли. Одна автоматная очередь просто ушла в землю. Другие, быть может, вообще в небо.

– Верно. И? – взглянул на Сапрыкина Жаров.

– Тогда я осмотрел деревья. – Старик поднялся и поманил Андрея и Никиту за собой, к ближайшему дереву. – Смотрите. Тут ветки обломаны. А тут следы когтей. Идем к следующему. Видите? То же самое. И так вон до той поляны. Там снова следы на земле.

– Этот зверь прыгает с дерева на дерево? – удивился Вишневский.