3
0Здесь, где все было предназначено под снос, фонари не горели.
Подождав, пока такси скроется из виду, Квиллер вновь взял миссис Кобб под локоть, и поисковая группа из двух человек стала пробираться вперед по обледенелым колеям, оставленным тяжелыми грузовиками, увозившими остатки уже снесенных зданий. Они направлялись к концу квартала, где высился большой каменный дом, с виду еще довольно крепкий.
– Пришли, – сказала Айрис. – Раньше здесь был железный забор. Растащили.
Квиллер заметил следы протекторов, наполовину занесенные снегом. Насколько они свежи, сказать было трудно.
– Я думаю, он поставил автобус где-нибудь подальше, чтобы не бросался в глаза, – промолвил журналист.
Они миновали ворота.
– Смотрите! – вскричала миссис Кобб. – Автобус тут! Где же Си-Си? Вы что-нибудь слышите?
Оба замерли. Стояла мертвая тишина – только изредка доносился с автострады через пустырь шум шин. Они зашли в дом с черного входа.
– Едва иду, – пролепетала Айрис, – колени подкашиваются. У меня жуткое предчувствие…
– Успокойтесь, – твердо сказал Квиллер. – И будьте осторожней – гнилая доска.
Дверь – явно взломанная – вела на пыльную веранду, а оттуда в просторное помещение, служившее когда-то кухней. От утвари остались лишь подвесные полки. На полу валялись вывороченный мраморный камин и потускневшая медная люстра.
Квиллер и миссис Кобб снова замерли и прислушались. Ни звука. Пронизывающие сырость и холод.
Освещая дорогу фонариком, журналист провел Айрис через буфетную и столовую. Зияющие дыры однозначно свидетельствовали, что камин и люстра находились когда-то именно здесь. За столовой последовала гостиная, еще не подвергшаяся налету. Раздвижные двери в сводчатом пролете вели в холл.
Квиллер вошел первым. Миссис Кобб – за ним. Тут царил полный разгром. Фонарик выхватывал из мрака куски лестничных перил, обломки филенки, прислоненные к стене, фрагменты лепных украшений… А у подножия лестницы…
Айрис закричала:
– Вот он!
На распростертом теле покоилась резная деревянная панель.
– О боже! Он… Он?..
– Может быть, он потерял сознание. Стойте здесь, – сказал Квиллер, – я посмотрю.
Черное ореховое дерево оказалось чрезвычайно тяжелым. Квиллер с трудом поднял панель и прислонил к стене. Миссис Кобб всхлипывала.
– Я боюсь. Он, я боюсь…
Он направил свет на лицо Си-Си – совсем белое под серой щетиной. Айрис потянула журналиста за рукав пальто:
– Вы видите? Он дышит?
– Выглядит плохо.
– Может, он просто замерз? Упал и потерял сознание и лежит здесь, в этом холоде…
Она взяла холодную как лед руку мужа, наклонилась и стала согревать своим дыханием его лицо.
Никто из них не услышал приближающихся шагов. Вдруг холл залил ослепительный свет.
