Кот, который проходил сквозь стены

Дама поежилась:

– А вы не знаете о несчастном случае с Энди?

– Я слышал, что он упал с лестницы.

– Хуже! – Она болезненно сморщилась. – Давайте не будем говорить о подробностях. Мне просто становится дурно… Я было решила, что вы продавец из пригорода.

– Нет, я из «Дневного прибоя».

– Правда? – Она пригладила поседевшие волосы и вперила в него восхищенный взгляд. – Вы собираетесь писать про аукцион? Я Айрис Кобб. У моего мужа здесь тоже магазин.

– Так это вы сдаете комнату?"

"– А вас это интересует? Вам очень у нас понравится! Сплошной антиквариат. – Дама то и дело оборачивалась к двери. – Интересно, пришел ли мой муж? Я совершенно ничего не вижу.

– Как он выглядит?

– Такой высокий, приятный, возможно небритый. На нем должна быть красная фланелевая рубашка.

– Он стоит сзади, рядом с часами.

Миссис Кобб с облегчением откинулась на спинку стула:

– Хорошо, что он пришел. Будет покупать сам, и мне не придется беспокоиться.

– Он разговаривает с человеком в шапке Санта-Клауса.

– Это Бен Николас. Он снимает у нас комнату и держит магазин под названием «Немного старины». – И с ласковой снисходительной улыбкой добавила: – Он слабоумный.

– А остальные кто? Вот тот блондин на костылях, весь в белом?

– Это Рассел Пэтч, реставратор мебели. Всегда ходит только в белом. – Она понизила голос: – Впереди – вот тот худой – Холлис Прантц. У него новый магазин, «Антик-техника». А тот с кейсом – Роберт Маус, поверенный Энди Гланца.

Квиллер очень удивился. Адвокатская фирма «Тихэндл, Хенсблоу, Бэррис, Маус и Касл» была самой уважаемой в городе.

– У мистера Мауса есть свои интересы в Хламтауне, – объяснила миссис Кобб. – А иначе…

Стук молотка прервал все разговоры, и аукционист, в темном деловом костюме, клетчатой рубашке, бабочке и мокасинах, начал распродажу.

– Сегодня у нас много классных товаров, – объявил он, – и я вижу здесь смышленых ребят, так что действуйте быстро, если хотите что-то купить. Будьте добры, воздержитесь от лишних разговоров, чтобы я всех слышал. Поехали! – Он ударил по кафедре костяным молоточком. – Начнем с отличного кувшина марки «Беннингтон»[1]. Мечта коллекционера! Немного потрескался, но какое это имеет значение? Итак, кто даст пять? Так, слышу… А шесть? Шесть слышу… Я слышу семь? Семь здесь. Восемь вон там. Кто-нибудь даст девять? Только восемь… Продано за восемь!

Зрители запротестовали.

– Слишком быстро? Хотите что-то купить – не расслабляйтесь, – отрезал аукционист. – У нас сегодня много вещей.

– Он молодец, – прошептала миссис Кобб Квиллеру.