3
0Я очень хотела бы показать тебе мои последние работы. – Она зло посмотрела на мужа.
Чтобы заполнить последовавшую за этим неловкую паузу, Квиллер обратился к Грэму:
– Вы говорили, вам не нравится художественный критик «Прибоя». Чем именно он вам так не угодил?
– Он ничего не смыслит в керамике, коли понимаете, о чем речь.
– Он был хранителем музея, до того как стал нашим критиком.
Грэм фыркнул:
– Это ничего не значит. Он может быть знатоком фламандской живописи и африканской скульптуры, но то, чего он не знает о современном гончарном искусстве, составило бы целую книгу, коли понимаете, о чем речь. Когда я устраивал свою последнюю выставку в Лос-Анджелесе, ведущий критик написал, что мои произведения – удовольствие для глаз и упоение для рук. Я процитировал.
Джой сказала Квиллеру с презрением в голосе:
– Когда мы впервые здесь появились, Дэн выставил пару своих старых работ на общей выставке, и ваш критик не проявил к нему благосклонности.
– Я не жду благосклонности от критика, – буркнул ее муж, его кадык лихорадочно задвигался, – просто он должен знать свое дело.
– Он говорит о том, что видит. Это все, что может сделать критик, – пожал плечами Уильям. – Я думаю, он был достаточно наблюдателен.
– Ох Уильям, помолчи, пожалуйста, – огрызнулась Джой. – Ты ничего не смыслишь в керамике.
– Прошу прощения, – сказал Уильям с издевательской ноткой в голосе.
– Тот, кто смешивает формы и ставит разбитые горшки на полку рядом с целыми, никуда не годен как гончар.
– Дэн сказал мне, что…
– Не слушай Дэна. Он такой же растяпа, как и ты. Чему только они учат тебя в твоей художественной школе?
Квиллер никогда не видел Джой такой. Прежде она дулась, но никогда не грубила.
– Не расстраивайся, Уилли, дорогой. Твое обаяние вполне возмещает твою глупость, – сказала Хикси ласково.
– Спасибо.
– Эта перебранка не приносит пользы пищеварению, – пробормотала Розмари.
– Я не виноват, – сказал Уильям, – это она начала. Дэн встал и бросил салфетку на стол:
– С меня хватит! Весь аппетит пропал, – и зашагал прочь от стола.
– Большой ребенок, – пробормотала Джой. – Я заметила, он доел яблочный пирог, прежде чем сделать этот эффектный жест.
– Я не виню его, – сказала Хикси, – это ты… его довела.
– Почему бы тебе не заниматься собственными проблемами? Продолжай есть как ела. У тебя это так хорошо получается!
– Смотрите, – заметила Хикси, моргая, – худые всегда плохо расположены к людям.
– Да? – запротестовала Розмари своим мягким голосом. – Как вы можете говорить такое при мистере Квиллере?
Джой закрыла лицо руками:
– Извини, Джим. У меня нервы на пределе. Я слишком много работала. Извини, – и сразу вышла из-за стола.
