3
0– Уже отодрал несколько уголков.
Мэри взглянула на стену, пытаясь сдержать плач. Вдруг она резко поднялась и подошла к кровати. Коко отскочил.
– Квилл, – сказала она, – здесь что-то еще. – Она потянула за один завернувшийся уголок, и страничка «Дон Кихота» начала отклеиваться.
Квиллер подковылял к стене.
– Тут, под страницами! – воскликнула Мэри.
– Зелень!
– Деньги!
Под отклеенной страницей оказалось три стодолларовых банкноты.
Квиллер оторвал страницу из Сэмюэля Пеписа и нашел еще три.
– Откуда это у Энди? – вскрикнула Мэри. – Он не зарабатывал столько! Вся прибыль уходила на антиквариат. – Она оторвала еще одну страницу. – Да вся стена оклеена деньгами! Как Энди…
– Может, у него был еще какой-то доход? – предположил Квиллер. – Как ты думаешь, может, он занимался букмекерством, как и Папа Попопополус?
– Не верю, – сказала Мэри. – Энди был таким… Он был таким… Зачем ему прятать деньги? От кого?
– Обычно, – объяснил журналист, дипломатично откашливаясь, – так скрывают доходы от налоговой инспекции.
Он сказал это так нежно, как только мог, но Мэри разразилась плачем. Он обнял ее и стал успокаивать, и она хотела, чтобы ее успокоили.
Никто из них не заметил Коко, который бесшумно поднялся на кровать-лебедь. Встав на задние лапы, он потерся мордочкой о дерево, вытянул шею, прижался к дверному косяку, почесался о выключатель – и комната погрузилась в темноту.
Двое не замечали, как над столом с рождественской уткой парят бледные привидения.
Кот, который зверел от красного
Один
Джим Квиллер плюхнулся в кресло ресторана пресс-клуба; длинные, бессильно повисшие усы подчеркивали унылость позы и упрямое выражение лица.
Причиной его депрессии были не десять центов, которые он заплатил за выпивку, не тусклое освещение в баре, не унылое покрытие стен, не запах рыбы, приготовленной три дня назад, или несвежего пива, отдающего плесенью тюремного погреба. Квиллера выбили из колеи куда более важные вещи. Обладатель приза газеты «Дневной прибой» и самый большой среди ее сотрудников поклонник бифштексов и яблочных пирогов с ужасом читал меню, напечатанное на желтовато-зеленоватом листке.
Редактор публицистического отдела «Прибоя» Арчи Райкер спросил:
– Что мы будем есть? Сегодня в меню картофельные оладьи."
"А Квиллер все смотрел в желтовато-зеленоватый листок, поправляя на носу новые очки и как будто не веря тому, что читал.
Одд Банзен, фотограф «Прибоя», закурил сигарету.
– Я закажу гороховый суп с ребрышками и мясное рагу. Но сперва хорошо бы двойной мартини.
