Костюм Адама для Евы

Вере крупно повезло: ее закадычная подружка закончила медвуз, получила специальность гинеколога и работала ассистентом у своей мамы, Валентины Петровны, которая служила в частной клинике Сереброва. Воспользоваться услугами донора спермы недешевое удовольствие, но Катерина обстряпала дело бесплатно.

Через короткое время Вера объявила о беременности и увидела на лице Ангелины Федоровны горькое разочарование, которое свекровь быстро замаскировала счастливой улыбкой.

«Обломалось нас развести, – подумала невестка. – Теперь мы с Лешей будем жить счастливо. Удавись от злости, жаба!»

И счастье, на которое рассчитывала Вера, не заставило себя ждать.

Когда она была на четвертом месяце, свекровь неожиданно познакомилась с приятным мужчиной Иозефом, русским, давно проживающим в Германии, скоропалительно выскочила за него замуж и укатила в город Киль.

Вере от радости хотелось петь. Иозеф, как большинство европейцев, оказался скуповат. Деньги на поездки жены в Россию он тратить не собирался, в Германию Алексея и Веру не звал. Более того, прямо дал понять супруге – та должна заниматься исключительно своим мужем, домом и садом, российская родня не желанна в его особняке.

Счета за телефон Иозеф проверял скрупулезно, Интернета в доме не было. Ангелина Федоровна могла только писать сыну письма, в которых жаловалась на жадность спутника жизни и сетовала на несбывшиеся надежды. Уезжая в Германию, она рассчитывала совсем на другое житье-бытье. Вера лишь злорадствовала про себя, когда Леша читал вслух мамочкины жалобы. Свекровь, похоже, получила по полной программе за травлю невестки, она теперь мучается в городе Киль, а Верочка абсолютно счастлива в Москве.

Алина родилась точно в срок, имела правильный вес, стандартный рост и рыжий пушок на голове. Все, кто приходил к Скворцовым в гости, в один голос восклицали:

– Надо же так походить на отца!

Первые месяцы своей жизни Алина провела, купаясь в любви и ласке, но потом стало понятно: с девочкой что-то не так. Она поздно начала держать голову, не гулила, отставала в физическом развитии. Диагноз «умственная отсталость» Алине поставили в три года. К сожалению, у девочки случались припадки ярости, она была непослушной и агрессивной.

Надо отдать должное Алексею – он не ушел из семьи, никогда не упрекал жену в рождении неполноценной дочери. Вот только Ангелине Федоровне сын правду сообщать не стал. По счастью, та не горела желанием узнать подробности о внучке, вспоминала о ней в одном письме из десяти, задавала дежурный вопрос: «Как поживает Алина?» – и продолжала строчить жалобы на свою жизнь. Вере давно стало ясно: свекровь требовала внуков лишь по одной причине – желала развести сына с женой, потому и цеплялась за отсутствие у них детей.