Костюм Адама для Евы

Не надо глупо оправдываться. Ты просто не читал в бумагах официальные данные. Увидел фамилию Гудкова и дальше уже не смотрел. Был, как и я, совершенно уверен, что отец Настюхи Илья Николаевич.

По его напряженному сопению я поняла, что не ошиблась, и примирительно произнесла:

– Ладно, забудем про глупый косяк, с каждым случиться может. Когда долго общаешься с человеком и уверен, что знаешь его родителей, никаких сомнений насчет отчества приятеля не возникает.

Но потом я примолкла и ахнула:

– Послушай! Если Настя и Гриша брат и сестра, то ведь они никак не могут быть мужем и женой!"

"– Дошло, как до утки, на пятые сутки! Восхищен твоей сообразительностью! – съязвил Греков.

 – Конечно, брак они не оформляли. А если где и показывали свидетельство, то оно фальшивое. Да и нет необходимости его демонстрировать. В книгу записей актов гражданского состояния никто не полезет, кадровики и паспортистки удовлетворятся штампом в паспорте, а его за деньги можно получить.

Но мне было не до подначек компьютерщика.

– Однако они назывались супругами! – не успокаивалась я.

– Сейчас скажу, что я герцог Кентерберийский, и ты мне поверишь, – хмыкнул Веня.

– Маловероятно, – вздохнула я. И вернула шпильку: – Есть архиепископ Кентерберийский и герцоги Кембриджский и Кентский. Ты слегка запутался в титулах. Но если приведешь женщину и объявишь: «Лампа, познакомься с моей женой Олей Ивановой», я не буду сомневаться в твоих словах. Кто родители Гудковых?

Веня пробежал пальцами по клавиатуре.

– Валерий Леонидович и Виринея Марковна. Он школьный учитель, она преподаватель кулинарного техникума. Оба покойные. Отец скончался шесть лет назад, мать в прошлом году.

Проживали в центре, в районе Патриарших прудов, в доме, который объявлен историческим памятником – его построил известный архитектор в тысяча девятьсот седьмом году для дворянина Павла Гудкова. Ну-ка!

Веня с азартом застучал по клавишам.

– А дворянин тот, между прочим, прадедушка Гудковых, – вскоре затараторил он. – После большевистского переворота семнадцатого года особняк у него отобрали, превратили в многоквартирный дом, бывшего хозяина отправили жить в каморку. Так… ага… Дедуля примкнул к большевикам…

– Ты уверен, что нам необходимо знать историю родственников Гудковых до десятого колена? – не вытерпела я.

 – Намного интереснее выяснить, по какой причине Настя и Гриша решили прикинуться супругами и кем им приходятся Лада с Ильей Николаевичем. Понятно теперь, почему Петровы так спокойно восприняли весть о смерти Настюши – она им, оказывается, совсем не дочка.

– Подчас кровные узы ничего не значат, – тоном профессора заметил Греков, – а вот тесная дружба делает нас почти родными.