Костюм Адама для Евы

В конторе Макса, кроме Грекова, не было никого. Я удивилась, но потом посмотрела на часы и сообразила: сотрудники уже разъехались по домам. Макс частенько повторяет им: «Давайте обойдемся без геройства. Прозвенел звонок – топайте к семейному очагу. Тот, кто просиживает на службе сутками, не умеет правильно организовывать работу. Мне не нужны бледные, невыспавшиеся немощи, у которых от ночных бдений высох мозг. Если не болтать с коллегами, не пить безостановочно чай, не торчать в Интернете, общаясь с бывшими одногруппниками по детскому саду, то легко успеешь сделать все, и даже останется время на посещение спортзала».

Кстати, абонемент на фитнес сотрудники Макса получают в первый день службы, и если человек не спешит к тренажерам, коллеги быстренько объяснят ему, что упражнения с гантелями-штангами являются обязательными. Макс проверяет, как часто его люди ходят на тренировки. Исключение сделано лишь для Вени – Греков смахивает на засушенный стручок кенийской фасоли и, похоже, живет в офисе.

– Любуйся! – воскликнул компьютерщик, едва я переступила порог его кабинета. – Справа фотки из школьного архива, слева из паспортных столов.

Я быстро подошла к широкому столу, на котором тесно стояли несколько ноутбуков и мониторов.

– Не нависай надо мной, – недовольно произнес Вениамин, – сядь.

– Некоторые люди с возрастом не меняются, – только и сумела сказать я, опускаясь на стул.

Греков пошевелил мышкой, и на детском снимке Насти появились белые точки. Затем они соединились пунктирами, и получилось нечто вроде маски, закрывающей лицо полностью. Пару секунд ничего не менялось, потом сетка из линий переместилась на фотографию взрослой Гудковой, стала желтой, и в правом верхнем углу экрана появилось окно с фразой «Совпадение найдено».

– По остальным снимкам тот же результат, – потер руки Веня. – Твоя Анастасия не «Ильинична» по отчеству, а «Валерьевна». Сколько лет вы дружите?

Я попыталась вспомнить точную дату нашего знакомства.

– Настя вроде жила в одном дачном поселке с Аней. Спиридонова моложе Гудковой, но летом, на каникулах, возраст не имеет большого значения. Вообще-то ни Настя, ни Аня не рассказывали подробностей о своем детстве…

Не закончив фразы, я умолкла.

– Ну, говори, – воскликнул Веня, – что ты вспомнила?!

Я облокотилась о стол.

– Знаешь, моя мама иногда брала учеников. Но репетиторствовала она не из материальных соображений – отец прекрасно зарабатывал, наша семья ни в чем не нуждалась даже после его смерти. Просто мамочке порой бывало скучно, в особенности когда я поступила в консерваторию и она не могла более контролировать меня. Вот тогда и стали появляться девочки, которые занимались с ней вокалом. Аня была одной из них.