Корсар

Ну, будет вам потеха!

Я выдернул из ножен нож и силой запустил его ручкой вперёд, в лоб противнику. Угодил точно, он ещё после прыжка не успел твёрдо встать на ноги.

Я упал на землю перед ним и провёл саблей по штанине с внутренней стороны бедра, вспоров её, даже кожу слегка оцарапал. Остановив саблю у чресел, спросил:

– Продолжать?

Воин оторопело смотрел вниз, на саблю между своих ног и боялся шевельнуться.

Остановив поединок, Демьян захохотал:

– Уел! Молодца! Не был бы лекарем, в свою сотню бы взял! Пошли в трапезную!"

"Демьян и я направились к дому.

– А ты чего стоишь? Особого приглашения ждешь?

Андрей пошёл за нами, а воины стали заводить коней в конюшню, по дороге оживлённо обсуждая острые моменты поединка и похлопывая по спине незадачливого ратника.

В сенях меня с Андреем ждал большой медный таз с водой, подготовленный заботливыми дворовыми слугами, стояли девки с кусками белой ткани. С трудом мы омыли побитые лица, смывая запекшуюся кровь и грязь. Андрей морщился, но терпел, когда вода попадала на раны – надолго запомнится негостеприимный прием в приказе и смрад узилища.

В трапезной уже сидел пьяненький Велимир Татищев. Завидев нас, он встал, покачнулся, бросился всех обнимать.

– Как я рад всех вас видеть!

Велимир подошёл к Андрею, осмотрел его разбитое лицо, покачал головой, перекрестил, прижал к груди.

Затем облобызал Демьяна:

– Не знаю даже, как и благодарить, благодетель.

– Будет, полно! Невиновных людей освободил, виновных наказал! На то государем и поставлен.

Вслед за наместником мы чинно расселись за длинным столом.

Холодные закуски вроде холодца, да вяленой и копчёной рыбы, кровяной колбасы, да жаренных на вертеле кур да расстегаев с пряженцами, да кваса, пива и вина на столе стояло предостаточно. Но слуги уже несли горячее – щи, уху, молочного поросёнка, фаршированного кашей да яблоками.

Кушать хотели все, особенно мы с Андреем. Вот уж кому было хуже всех. Зубы качались, губы разбиты. Он мог только пить да щи хлебать. Попробовал мясца откушать, так от боли скривился.

Ели и пили долго, до вечера.

Выпивший Демьян кричал:

– Вот они у меня где! – И показывал сжатый кулак.

Мы поднимали тосты за наместника, за Велимира, Татищев в ответ – за меня да за Андрея, что не посрамил род боярский.

«Устали» сильно – так и позасыпали за столом.

К своему удивлению, проснулся раздетым и разутым в постели в гостевой комнате. Не иначе – слуги постарались. Голова просто раскалывалась. Утешало одно – голова болела от выпитого накануне, а не от побоев. И лучше лежать в постели, а не висеть на дыбе.