1
0
Я не завидую мальчишке, который доставит это послание.
И не завидую никому из тех, кто потерял друзей и близких. Каждый раз, видя в живых кого-то из знакомых, я облегченно вздыхала.
– Спасибо.
Этот хриплый голос оторвал меня от размышлений. Пожилой вольвен получил скверный удар, который почти отсек ему руку. Он был последним из тех, кого я осматривала. Я его исцелила. Как исцелила всех, кто разрешил к себе прикоснуться.
Некоторые отказались от моей помощи, как и раненые в Новом Пристанище. Мне вспомнился Элайджа, и сердце болезненно сжалось.
Я прочистила горло.
– Не за что. – Я начала подниматься; спина и руки ныли. – Не знаю, полностью ли я исцелила вашу руку, вам следует показать ее целительнице.
Я собралась уходить, но вольвен схватил меня за левую руку. При соприкосновении его глаза слегка расширились – наверное, он тоже ощутил тот странный электрический ток. Он медленно перевернул мою ладонь.
– Значит, это правда? – Он смотрел на золотой завиток. – Ты вышла замуж за нашего принца?
Я кивнула. Мое сердце забилось быстрее. Этот вольвен средних лет с черными и седыми дредами на голове был первым, кто об этом спросил.
– Говорят, ты всю битву сражалась рядом с ним.
– Я начала на Валу, но потом спустилась.
– И тем не менее пришла сюда. Пришла и целый день лечила раненых. – Взгляд его светлых глаз стал пронзительным. – Прикосновениями.
– Как я могла не прийти, если могу помочь?
И я помогла. Я мельком видела целительницу Талию – та по горло занята ранеными, которые отказались от моих услуг. После битвы я наскоро смыла кровь с лица и рук, хотя она по-прежнему покрывала коркой одежду и запеклась под ногтями.
Кивнув, вольвен выпустил мою руку и снова лег.
– Киеран сказал, что ты происходишь из рода эмпатов.
Я опять кивнула.
– Я раньше никогда не видел, чтобы эмпаты светились серебром. А я их помню. Я тогда был мальчишкой, а их оставалось совсем мало, но нечто подобное я бы непременно запомнил.
Интересно, сколько лет этому вольвену?
– Джаспер сказал то же самое, – заметила я.
– Ничего удивительного. Он многое чует. Только не чует, когда нужно держать язык за зубами.
Я устало улыбнулась.
– Это я уже слышала.
– Наверное, ты происходишь из какой-то старой линии эмпатов.
– Кем еще я могу быть? – спросила я, не ожидая ответа.
– Да, – проговорил он. – Кем еще?
Я оглянулась через плечо: между ранеными и теми, кто исцелялся самостоятельно, шли Квентин с Беккетом.
– Помощники несут воду и еду. Вам еще что-нибудь нужно?
– Нет. – Вольвен не сводил с меня глаз, пока я вставала. – Но ты должна быть осторожна, принцесса.
Я застыла.
– Я видел, как на тебя смотрят. Пусть наш принц и выбрал тебя. Пусть ты сражалась рядом с ним и за них. Пусть ты исцелила многих из нас.
