Королевство плоти и огня

Я открыла глаза. Его глаза горят, как нагретый мед.

– Ее нет.

Изгиб его губ был невероятно чувственным.

– Ты можешь притвориться, что это…

Кастил сунул в меня палец, только кончик, но я поднялась на цыпочки. Его глаза засияли, он осмотрел мое лицо и опустил взгляд ниже, где над бурлящей водой поднимались мои груди. Затем опять посмотрел мне в глаза, проталкивая палец дальше, и мои внутренние мышцы сжались вокруг него.

– …что это не из-за того, что ты меня хочешь.

– Не хочу, – сказала я, но оторвала бедра от стены, прижимаясь к его руке, к нему.

Кастил зашипел, когда мой живот потер горячую и твердую часть его. Он толкнул меня обратно к стене, просунув руку между нами. Его грудь трепетала, прижимаясь к моей. Соприкосновение кожи с кожей, то, как он медленно двигал пальцем, взорвало мои чувства.

– Ты можешь притвориться, что это просто чувствительный укус на твоей шее заставляет тебя извиваться на моей руке.

Я извивалась как только могла.

– Ты можешь притвориться, что именно это причина того, что ты желаешь так же крепко вцепиться в мой член. – Он опять опустил голову к моей. – Мы оба можем притвориться, и оба можем…

– Можем что? – выдохнула я. – Просто быть Хоуком и Поппи?

На мгновение жесткость, отпечатанная на его лице, соскользнула, а потом треснула, а под ней обнаружилась какая-то отчаянная потребность. Потребность во мне. В нас.

Что, если Киеран прав?"

"Я едва могу дышать, не то что думать, но знаю, что он имеет в виду. Боги, еще как знаю. И в этот момент мы хотим одного и того же. Возможно, нам нужно одно и то же – просто отдаться чувствам и забыть обо всем. Просто быть здесь, в эти секунды и минуты и в этом месте. Можем мы так сделать? Наверное, Кастил может. Возможно для него все это – лишь удовлетворение физической потребности, пусть даже и безотчетно. А почему не могу я? Я хочу того, что он может мне дать. Удовольствие. Недолгий побег от реальности. Опыт. Чувство свободы. Потому что именно так ощущалось то освобождение. Разве я предам кого-то, в том числе себя? Разве отрицать это – не еще большее предательство? Или я лгу себе даже сейчас? А если и так, то не все ли равно?

Его рука замерла, он всматривался в мое лицо в поисках ответа. И тут я поняла, что это моя жизнь. То, что существует между мной и Кастилом, нельзя назвать правильным или неправильным. Это запутанно и сложно, и, может, потом я пожалею, что даю ему все больше и больше частей себя. Но я хочу его.

И мне так надоело отказывать себе во всем.

Надоело лгать ему и себе.

– Только с одним условием.

– У тебя есть условие?

Я кивнула, и мое сердце заколотилось.

– Я не хочу притворяться, – прошептала я. – Я – Поппи, а ты – Кастил, и это по-настоящему.

Глава 31

– Ты согласен на это?

Кастил прикрыл глаза, и все черты его потрясающего лица напряглись.