2
0Необыкновенно приятно с тобой было поговорить.
— И мне, — внимательно глядя на нее, сказал младший брат Нории.
Принцесса прошлась по парку — она успела привыкнуть к яркости и пышности местной растительности, к внезапно появляющимся среди деревьев резным павильончикам и беседкам, фонтанам и небольшим прудам, в которых играла рыба, полюбовалась на свои розы и, умиротворенная, отправилась во дворец. К вечеру поднимался ветерок и было уже почти не жарко. Было хорошо и спокойно.
Спокойствие никуда не делось и когда Суреза передала госпоже, что Владыка хочет поужинать с ней и ждет на ужин в своих покоях.
Освежилась, отметив мимоходом, что зеркало уже успели заменить, переоделась, дополнила письмо рассказом о традициях страны драконов — Алинке будет интересно — и направилась в покои Нории.
Дракон ждал ее, откинувшись в кресле, улыбнулся, наблюдая, как принцесса аккуратно присаживается напротив. Круглый столик был заставлен кушаньями, свежо и пряно пахло зеленью и сладко — ароматной клубникой, некрупной, плотной, горкой выложенной на блюдо.
— Почему ты не с гостями? — спросила она, наблюдая, как открывает он крышки глубоких мисок, кладет ей мясо, янтарный рис с овощами, поливает острым соусом.
— Захотелось побыть с тобой, — Нории склонил голову и ключ мазнул его по плечу. — Я хочу отвезти тебя на море, принцесса. Полетим?
— Ночью? — спросила она насмешливо.
— Сейчас еще вечер, а я могу ускориться, если потом коснусь тебя и восстановлюсь. Хочешь? Успеешь покупаться на закате.
Она покачала головой, опустила глаза к тарелке. Сегодня все какое-то необыкновенно вкусное.
— Ты обещал научить меня справляться с силой. Больше недели прошло, Нории. Ты закончил полеты?
— Да, — пророкотал он. — Но это завтра, Ангелина. Полетишь со мной?
— Нет, — ответила она. И улыбнулась.
Владыка-дракон смотрел задумчиво. Встал, и она чуть напряглась, но он подошел к окну, закрыл резные ставни. Затем к другому.
Спальня погружалась в полумрак, и еда вдруг потеряла вкус.
— У меня для тебя подарок, — глухо сказал дракон и хлопнул в ладони, выключив свет.
— Ты же знаешь, я не принимаю подарков, — во мраке комнаты сквозь ткань рубахи было видно, как мерцает орнамент у него на теле. Но глаз не было видно. И выражения лица.
— Подойди, Ангелина, — мягко произнес он, — не бойся. Я не обижу тебя.
— Я не боюсь, — возразила она резко. Спрятанная внутри ярость вдруг стала раскручиваться, и принцесса нащупала стакан лимонада, сделала несколько глотков. Встала и двинулась к окну.
