Королевская кровь. Книга 3

Король Демьян невозмутимо ожидал невесту, солдаты тихо переговаривались, дамы уже не стесняясь переминались с ноги на ногу, сопели жалобно, шептались и постукивали каблучками по брусчатке.

— Не самая лучшая идея, ваше величество, — тихо сказал подошедший Свенсен. — Покалечится ведь.

— Тут маты, максимум — ушибется. А по поводу идеи… Женишься, — так же тихо и не меняя выражения лица, ответил Демьян, — тогда и будешь решать, как свою жену воспитывать. А я свою невесту знаю с детства. Она совсем не похожа на наших женщин. Поверь, куда лучше, если она сейчас, под присмотром, сбросит энергию.

Чем решит потом потренироваться тайком или еще что-нибудь натворит.

— Такое ощущение, что ты в жены стихийное бедствие берешь, — с сомнением заметил полковник Хиль.

— Рудлоги все такие. А в Полли и по сравнению с сестрами очень много жизни, — спокойно ответил другу Демьян. Никто другой не посмел бы обсуждать это с ним, но Свенсен всегда был на особом положении.

Солдаты зашумели встревоженно и напряженно — со стороны казарм шла Полина — в теплой военной форме, перчатках, черной шапочке, тяжелых теплых ботинках и с волосами, завязанными в хвост.

Сияющая, кивающая на гулкие пожелания удачи от вояк, улыбающаяся ему — он усмехнулся в ответ. Ну точно ребенок, получивший неожиданный подарок. За ней величественно вышагивала статс-дама, шикарная, как королева — особенно контрастно она смотрелась на фоне Полины.

— Полковник проведет тебе инструктаж, — сказал Демьян, когда невеста подошла, — одна попытка, Пол. Потом — к журналистам.

— Одной достаточно, — радостно произнесла она. Кажется, принцесса едва сдерживалась, чтобы не прыгнуть на него с объятьями.

И в глазах была такая благодарность — за то, что понимал ее, что не высмеял, несмотря на неподобающую просьбу, не отчитал, что внутри у него что-то екнуло, разлилось теплом. Он не ошибся с выбором. Полина Рудлог заражала его своей восторженностью. И он за всю жизнь столько не смеялся, сколько с ней. И безрассудств столько не совершал.

Полли внимательно слушала полковника, кидала оценивающие взгляды на стартовую дорожку. Кивнула сосредоточенно, дождалась команды «Старт» и побежала.

Домчалась до наклонной перекладины, легко взбежала по ней, прошла в двух метрах над землей — дамы ахали, солдаты сдержанно гудели — и прыгнула, повиснув на первой стенке. Подтянулась, встала, балансируя, расставив руки — и снова прыгнула, и пошла руками по перекладинам горизонтальной лестницы, так легко, будто на ногах стояла.

Гул становился громче, одобрительней, этикет был забыт — дамы попискивали, мужчины на особо опасных местах хлопали себя по бедрам, ругались приглушенно.