2
0Иногда мне кажется, что вы все со мной как с душевнобольным ребенком разговариваете, Майло.
Тандаджи посмотрел на него черными блестящими глазами и улыбнулся почти ласково.
— Тебе не кажется, Кембритч.
Люк вышел из арки телепорта в своем лаунвайтском замке около половины первого ночи. Сразу поднялся в свои покои, быстро разделся и пошел в душ — смыть противный и липкий панический пот. Тер себя мочалкой и осторожно прислушивался — не тянет ли обратно, не хочется ли снова? Но недавняя эйфория была будто спрятана под толстым слоем ваты. Мозг помнил, что было хорошо, но не бился в конвульсиях, требуя еще и еще.
И что, черт побери, у него с глазами?
Он чуть поморщился, вспомнив Софи. Помотал головой, вырубил душ. Вытираясь, вышел в спальню. Налил себе коньяка, закурил, выключил свет и прилег на кровать.
Внутри было пусто. И он, чувствуя себя последней сволочью, потянулся к телефону. Помедлил. И набрал номер.
— Да, — сонно ответила Марина. Голос у нее был приглушенный, недовольный.
— Расскажи мне что-нибудь, — попросил он хрипло.
«Только не отключайся. Мне так погано, Марина».
— Я сплю, — сказала она с сарказмом, — ты меня опять будишь. Этого достаточно?
— Маришка… — позвал он тихо и неловко. — Мариш. Поговори со мной.
Она зевнула, с подвываниями, и он улыбнулся, чуть расслабился.
— Ани вернулась, Люк. Цела и невредима.
— Сегодня? — уточнил он. Еще и эту проблему нужно решать.
— Ага.
— Хорошо, Марин. Надеюсь, что это хорошо.
— Она красивая стала, — осторожно произнесла она.
— Мне это неважно, — ответил он искренне. Он хотел сказать, что ему сейчас вообще никто не важен, кроме нее, и что он последний ублюдок — но молчал, курил и прижимал трубку к уху.
Она чем-то шуршала в отдалении, затем раздался щелчок зажигалки — видимо, закурила.
— Я видела газету.
— Расстроилась?
— Было бы хуже, если бы там были фотографии. Нам… пока не стоит видеться, Люк.
— Да? — спросил он с иронией. — Я как раз думал о том, как нам встретиться.
«Снова коснуться тебя. Забыть все, что произошло».
Она фыркнула.
— И мне дали твое дело. Увесистый том с твоими подвигами.
— Читала? — поинтересовался он.
— Нет, — принцесса помолчала. — Не хочу. Если захочешь, сам расскажешь. Вряд ли я там увижу что-то приятное.
— Почитай, — произнес он тяжело. — И подумай. Это я, Маришка. Я такой и есть. Я… — сказал он сам изумляясь себе и чувствуя, как снова оглушительно пусто становится внутри, — не очень хорошая компания для тебя."
"— Да что ты говоришь? — язвительно удивилась она — и он улыбнулся.
