2
0Без него в управлении делать нечего.
— Или мне нужно уговорить женщину, которая уже имеет это эко-но-миче-ское образование, — ответил он, останавливаясь у какой-то двери. Ани бросила на него ледяной взгляд — дракон улыбнулся, и она уже хотела сказать что-нибудь резкое, когда вдруг поняла — он ее дразнит.
— Уговаривать никто не запрещает, — сказала она высокомерно, не желая шутить в ответ. Дистанция и осторожность. А то сначала пожалеешь, потом пошутишь, а потом уже раз — и в женах доисторического ящера.
Он снова улыбнулся, на этот раз понимающе, и открыл дверь в малахитовый зал.
— Нас ждут драконы, — произнес он, приглашая ее войти. Принцесса сердито вскинула голову — мог бы и предупредить, куда идут, расправила плечи и вошла в роскошный, мерцающий зеленью и золотом, зал.
«Все-таки есть в них что-то нечеловеческое», — размышляла она, сидя рядом с Нории за огромным столом и стараясь не морщиться от прямо-таки осязаемой ненависти, боли и агрессии, излучаемой почти двумя десятками красноволосых и желтоволосых мужчин, здоровающихся с Владыкой. Был здесь и Четери, в присутствии которого она никак не могла чувствовать себя уверенно.
— Благодарю за то, что вы откликнулись, — сказала она уверенно, пытаясь не показывать свое беспокойство. Если сейчас дрогнет, оступится, то потом работать не получится. Она замечала и сжатые зубы, и полыхающие красным глаза, но взгляд не прятала — смотрела прямо, выигрывая поединок за поединком. Перевела взгляд на Четери — тот глядел с насмешливым интересом, как на диковинную зверушку, затем вдруг кивнул ей, и она расслабилась.
«Черты лица у них правильнее, и мимика не такая интенсивная, как у простых людей. Зато глаза куда выразительней. Разного возраста, но пожилых и стариков нет, все кажутся не старше тридцати лет. Бледные, но не болезненно, скорее бледно-прозрачная кожа, без дефектов, родинок, шрамов или угрей. Будто статуи ожили. И ни один не сутулится, нет никого с лишним весом или грузных.
"— От расчистки дорог Пески не станут зелеными, — за размышлениями она не уловила начало фразы, и теперь подняла глаза на говорящего. Красноволосый, с узким лицом и гневом в рычащем голосе. — Твой предок погубил страну, тебе ее восстанавливать. Как можешь ты отказываться от долга крови?!
Что же, ожидаемо.
— Тореди, — спокойно, с едва различимым предупреждением пророкотал Владыка-дракон, и говорящий полыхнул глазами, сжал зубы.
