2
0
Мэр возмущенно глянул на своего собеседника, открыл было рот…
— Господин Трайтис, даже если вы оставите письмо до того, как улетит дракон, никаких санкций к вам применено не будет, — мягко уговаривал его сыскарь, — но, сами поймите, королева Василина — молодая женщина, у нее маленькие дети, целая страна на плечах, а тут пропала старшая сестра… любимая… представляете, как она переживает?
У мэра из живых родственников была только дочь, и, как он ее ни любил, он совсем не возражал бы, если б она куда-нибудь пропала.
— Говорят, — капитан доверительно наклонился к нему, — что у нее даже молоко пропало, и малышка принцесса несколько дней голодала… представляете, какой кошмар?
Это да, — мэр расчувствовался, у его супруги тоже как-то пропадало молоко, и Сенька орала, как бешеная, пока не распробовала и не начала с голодухи принимать козье.
— И вот сейчас она знает, что для нее есть письмо, в котором, возможно, проясняется судьба сестры, а ждать ей до завтра. Она же изведется вся, господин Трайтис. Представляете, настроение и здоровье Ее Величества зависят сейчас от вас и вашего доброго сердца…
Успевший уже употребить теплого вина мэр тяжело вздохнул и потянул из кармана письмо.
— Но если испортите свадьбу, — как можно суровее сказал Трайтис, — получите серьезные политические последствия.
— Вы не пожалеете, — заверил его капитан. — Вы все сделали правильно. Корона не останется в долгу.
— Дай-то Боги, — пробурчал мэр, отворачиваясь.
Телефонный звонок — и жена заботливо принесла Тандаджи трубку, заодно поставила перед ним чашку с наконец-то сваренным кофе. Тидусс погладил ее по спине. Чуть больше суток дома, а ощущение, будто в отпуск съездил.
— Тандаджи, слушаю.
— Письмо у нас, господин подполковник, — отчитался Рыжов.
— Дракон улетел?
— Нет, но удалось уговорить мэра отдать письмо раньше. Нам… предпринимать шаги по задержанию?
— Не нужно. Молодец, Рыжов. Он пока единственная возможность для связи с похитителем. Если получится, вызовите его на разговор.
— Мы пытаемся подобраться, господин подполковник, но люди не дают.
— Не форсируйте события. Семенов установил камеры?
— Да, съемку ведем.
— Дай мне его.
Пауза.
— Не могу. Он танцует, господин подполковник.
— Танцует.
— Так точно, господин подполковник. Местные жители очень активно вовлекают нас в праздник. Налаживаем контакты и коммуникации…
— А, ты, Рыжов, получается, некоммуникабелен?
— Я… да, то есть нет, господин Тандаджи. Мне пойти танцевать?
— Хм. Действуй по ситуации, капитан. И еще раз — молодец. Шли письмо, сейчас примем.
Капитан Василий Рыжов нажал «отбой», расстроенно выпил воды из бокала. Никогда не поймешь, издевается начальник или говорит серьезно. Но дважды молодец — это почти герой.
