5
0"
"Все еще пекли, остывая и начиная чесаться, ожоги, тело казалось обессиленным, нестерпимо болела правая рука — сводило осколки кости и никак свести не могло. Ключ не исцелил его полностью — на это нужно было несколько часов, но спас от близкой смерти и влил в кровь столько сил, что Нории мог бы сейчас сотворить небольшой щит и порвать веревки им. Он, возможно, будь у него побольше времени на набор сил, даже успел бы перехватить нож у охранника и взять в заложники жреца, но что дальше? Он понятия не имел, насколько жрец важен и не нашпигуют ли его стрелами вместе с заложником, да и управлять стрекозой не умел.
Поэтому пока оставалось одно — выглядеть слабее, чем есть на самом деле, наблюдать и ждать удачного момента.
Раньяр пошел вниз, к большому шатру, у которого были привязаны несколько охонгов и раньяров, а у входа стояла пара стражников. И чужому этому миру человеку было понятно, что его принесли к командующему, к тому, кто здесь принимает решения.
И когда дракона сдернули со стрекозы и кинули в ноги кому-то, кто вышел из шатра, Нории, не сдержав стон от боли в сломанной руке и щурясь от рассветного солнца, бьющего прямо в глаза, разглядел кряжистого пожилого мужчину с волевым лицом, разноцветными глазами: серым и черным, — и завязанными в высокий хвост седыми волосами. Лицо его исказилось от странного узнавания, он склонился к Нории, схватил его за волосы, всматриваясь в лицо, — но затем разочарованно покачал головой и бросил обратно на землю. И дракон замер, стараясь казаться почти дохлым, слушая незнакомую речь и разглядывая то, что было в поле его зрения.
* * *— Тиодхар Тмир-ван, да будет твоя слава в веках, — проговорил тха-нор Арвехши с поклоном, — мы прилетели сюда с пленником для богов от Ренх-сата, но прежде хочу сообщить тебе: посмотри, облака за рекой пошли по кругу, значит, врата скоро откроются.
Тмир-ван, сощурившись и подняв ладонь к глазам, посмотрел налево от восхода — и действительно, разглядел, как неспешно идут по кругу легкие облака, растягиваясь спиральными полосами.
— Имити-ша, уста богов, что ты знаешь о том, что грядет? — спросил тиодхар у жреца, который прижимал к груди сияющий клубок. — Сразу ли выйдут боги через последние врата, или мне вести их верных нейров в бой, как делали до того другие генералы?
— Перед открытием последних врат мы должны принести жертвы, — благоговейно подняв руки к небу, тонко проговорил жрец, — я отправлюсь к своим братьям, отдам сеть Лесидия верховному жрецу, а после жертвоприношения вернусь к тебе с ответом богов.
Тмир-ван кивнул.
— Поднимайте армию, пусть будет готова выступать, если богам станет то угодно, — приказал он своим помощникам, тха-норам, которые следом вышли из шатра.
