5
000 по Иоаннесбургу, 3.00 Блакория
Александр вернулся на южную базу боевых магов сразу после того, как убедился, что с Катериной все в порядке. Насколько вообще то, что произошло с ней и с бойцами, оборонявшими хутор, можно было назвать «в порядке».
Он с большим уважением и сожалением вспомнил Дорофею Ивановну, подавил тлеющее чувство вины перед Катериной и девочками, и направился к связистам. Нужно было бы лечь спать, чтобы хоть немного восстановиться, но у связистов его ждали новые данные. Радиограмма из Зеленого крыла о том, что следующий портал откроется в Тафии ориентировочно седьмого мая — по предсказанию погибшего Хань Ши. Сообщение от ушедшего спать Алмаза — что, пока Александр уходил на хутор, они с Чернышом общались с королевой Василиной и он попытался убедить ее передать сестре, что нельзя препятствовать открытию Тафийского портала до выхода Жреца. Донесения разведчиков, наблюдающих за порталом под Мальвой, к которому только что была вылазка: иномиряне оперативно выстраивали новую линию обороны, жгли тела — опасались перерождения в нежить, сейчас это происходило за какие-то дни. А вот подкрепление из Нижнего мира к ним вышло удивительно небольшое — не больше сотни тха-охонгов, примерно столько же раньяров, около тысячи наемников.
Александр запросил данные военной разведки. И через несколько минут держал в руках краткую выжимку из допросов пленных. По ним выходило, что внизу еще остается целая армия: около сорока тысяч солдат и более полутора тысяч каждого вида инсектоидов ждут сигнала на выход, и по несколько тысяч наемников охраняют каждый портал с той стороны.
— То есть иномиряне в состоянии вывести сюда большое количество войск, которые смогли бы долго удерживать этот портал, — подтвердил Александру дежурный аналитик из главного штаба. — И не делают они этого, очевидно, по той же причине, почему и решились ослабить охрану портала, уведя войска к Иоаннесбургу.
— Они уверены, что боги Нижнего мира выйдут так скоро, что даже имеющихся малых сил хватит, чтобы до тех пор отбивать наши атаки, — подытожил Александр. — А после нас просто сомнут.
После разговора с аналитиком он отправился в кабинет.
Голова была слегка гулкой, но на препаратах Тротта он и трое суток мог бы не спать без ущерба организму. Но лучше бы было, конечно, все же прикорнуть хотя бы часок, как это сделали Черныш с Алмазом и вернувшиеся бойцы. Драконы тоже залегли отдохнуть до побудки. И только в связной, патрульной и в лазарете, где все еще латали раненых, горел свет.
Александр устало потер переносицу.
Как же неудачно пришлось геройствовать Ситникову — и теперь, без информации из его снов, меньше возможности принять адекватное решение.
