7
0У меня появился шанс образумить родителей. А что я сделала вместо этого? Поругалась с отцом. Он более чем ясно дал понять, что я утратила его доверие. Интересно, по его мнению, я вообще еще считалась членом семьи? Или лишилась этого статуса из-за моего якобы предательства?
Бриана молчала, пока я не завершила свой краткий монолог, и во мне росла потребность рассказать больше. Объясниться. Оправдаться.
– Не знаю, что мне еще сделать, – прошептала я. Горло сжалось от отчаяния. – Никто больше мне не доверяет. А я просто хотела поступить правильно. Почему это так сложно, Бри? Почему я совершаю так чертовски много ошибок?
Взяв меня за руку, в попытке успокоить Бриана прижалась ко мне.
– Просто сделать все правильно невозможно. А твоя ситуация никогда не была простой, Флоренс. Ты с самого начала попала в тупиковую ситуацию, не так ли? Разве в таком случае что-то вообще могло быть правильно и неправильно?
– Правильно, наверное, нет, – чуть слышно признала я. – А вот неправильно – точно да. Если бы не мои ошибки, Лира бы сейчас не находилась в опасности, Валь не сидел бы в Тауэре и…
Я осеклась, потому что в голове возникла идея, от которой у меня внутри затеплилась новая надежда. Только крошечное зернышко, конечно, и высока вероятность, что или Валь, или Бенедикт раздавят его без малейших колебаний. Но это шанс помочь. Я должна попробовать.
– Флоренс? – взволнованно позвала Бриана. – Все в порядке?
Покачав головой, я выпрямилась и откинула одеяло.
– Я сейчас кое-что придумала. Мне нужно поговорить с Бенедиктом.
– Сейчас? – переспросила она с нотками легкого разочарования в голосе.
– Прости, не хочу терять время. – Я накинула халат, мыслями уже наполовину погружаясь в предстоящий разговор.
Бриана кивнула.
– Ты будешь держать меня в курсе событий? – тихо просила она, шагая вместе со мной в гостиную. Вид у вампирши был такой встревоженный, что это лишь еще больше меня подстегнуло.
– Обязательно, – пообещала я и крепко обняла ее на прощание.
Бриана скрылась в коридоре. Я же, напротив, повернулась в сторону двери в кабинет короля и глубоко вздохнула. Мне казалось, что я еще не готова встретиться с ним лицом к лицу. Наши отношения стали слишком болезненными. Слишком честными. И тем не менее он не верил ни единому моему слову.
Все, что я вчера говорила…"
"Как же это больно. Особенно ложь, которую он с такой готовностью принял.
Все это было не по-настоящему.
В тот момент Бенедикт так на меня посмотрел, как будто я наконец-то дала ему то, чего он хотел. Как будто ему больше не надо гадать, действительно ли я предательница, которой он меня считал, потому что в итоге я сама ему во всем призналась.
Пошел он к черту. Значит, так тому и быть. Он не желал мне верить, и я перестану перед ним объясняться.
