7
0Та часть, которая жадно слизывала с губ Флоренс ложь и позволяла ее карим глазам манить себя к верной погибели. Если бы я мог, то и эту часть себя запер бы на замок, как сделал это с самой Флоренс. Но, как и от этой девушки, от себя мне не убежать. – Пожалуйста, поверь мне хотя бы в этом, – взмолилась она, и я почувствовал, как сильнее зашатались стены моего самообладания.
Поверь мне хотя бы в этом.
Как будто это ничего не стоит. Как будто это легко. Как будто она этого заслуживала.
– Как мне тебе верить, когда ты чертовски хорошая лгунья? – прогремел я. Мои эмоции обрушились на нее, как гроза. Больше никакой сдержанности. Лишь ядовитое отчаяние, которое влекло меня ближе к ней. И вновь я сделал шаг к Флоренс, не в силах держать в узде собственное тело, но ей даже не хватило приличия отступить. Мы стояли прямо напротив друг друга. Она упрямо отвечала на мой взгляд, а меня медленно, но верно убивали внутренние разногласия.
Я хотел ее встряхнуть.
Я хотел притянуть ее в свои объятия.
Я хотел укусить ее, поцеловать, заняться с ней сексом, услышать ее стоны, ее смех. Я хотел всего и хотел, чтобы это прекратилось."
"– Скажи мне, Флоренс! – рыкнул я. Услышал мольбу в собственном голосе и только сейчас осознал, что именно этого хотел на самом деле.
Хотел, чтобы она дала мне основания снова ей поверить. Хотел, чтобы она подпитала сомнения, возникшие во мне во время этого телефонного разговора, и превратила в каньоны расщелины, которые пробила в моих убеждениях. Хотел, чтобы Флоренс доказала мне, что я не прав, черт возьми. Вот только, к сожалению, рациональная часть меня по-прежнему не верила, что это возможно. А я никогда не отличался привычкой прислушиваться к своему сердцу и точно не намерен начинать это делать сейчас.
– Как мне поверить тебе хоть в чем-нибудь, после того как ты притворялась передо мной целых полгода? – тем не менее взревел я.
Флоренс выдержала мой взгляд, и в ее глазах светилось не меньше отчаяния, чем в моих.
– Ничто из этого не было притворством, – проговорила она. – Я хотела, чтобы все оставалось просто ролью, но это всегда было чем-то бо́льшим. А после праздника в честь солнцестояния я ни разу тебе не врала. И это чертова правда, Бенедикт.
Она положила руку мне на предплечье, и я на мгновение уставился на нее, не в состоянии переварить ее слова. Потом решительно тряхнул головой и сделал шаг назад.
– Я больше не могу тебе доверять.
Флоренс шумно выдохнула:
– Говорит мужчина, который пытал моего брата и мне самой угрожал смертью! Я тоже больше тебе не доверяю, Бенедикт. По крайней мере в данный момент. Но знаю, что смогу снова поверить. Мы оба узнали такие стороны друг друга, которые предпочли бы скрывать. Которых стыдимся.
