7
0
Глава 12
Любовь наоборот
ФЛОРЕНСЯ так не могла.
Больше не могла.
Это внутреннее смятение раздирало меня заживо. Настойчивей, чем когда-либо, я спрашивала себя, почему вообще зашла так далеко. Почему позволила этому случиться. Каждым шагом, который делала в сторону Бенедикта, я наказывала саму себя. А теперь и вовсе окончательно себя сломала. Я лично нанесла последний удар по собственному треснувшему сердцу и разнесла его вдребезги, переступив последнюю черту в отношениях с Бенедиктом.
Почему? Я же давно знала, что секс не сможет нас воссоединить. И уж точно не в том случае, если произойдет исключительно из ненависти. Из отчаяния.
Из невозможности быть чем-то большим.
Мне следовало понять, что этот вечер не приравнивался к примирению в глазах Бенедикта. Для него это был просто способ сбросить напряжение, которое висело в воздухе между нами уже несколько недель, перекрывая нам обоим кислород. И все же на несколько минут мне показалось, что это нечто большее. Показалось, что мы каким-то образом… снова стали нами.
Я стояла под душем не меньше получаса, пока горячая вода смывала мои слезы. Кожа горела, но я по-прежнему чувствовала на себе Бенедикта. И внутри меня.
Это не имеет значения.
Как я могла быть настолько наивной, чтобы подумать, будто он отреагирует по-другому?
Может, пришло время сдаться? Смириться со своим поражением и потерей Бенедикта и сосредоточиться на том, что осталось.
Только… на чем? У меня больше нет ни семьи, которая бы меня поддержала, ни жизни, к которой можно вернуться. Я пленница. Преступница. А следовательно, полностью во власти Бенедикта.
То, что больше у меня никого нет, могло бы дать мне повод бороться за него еще усерднее. Но в результате именно этот факт окончательно лишил меня боевого духа. Я просто не смогу сделать это в одиночку. Мне едва хватало сил остановить поток слез и выйти из душа.
Наконец относительно успокоившись, я вытерлась и переоделась в свою ночную рубашку, аккуратно сложенную на небольшом комоде рядом с раковиной. Последние несколько дней было слишком тепло, чтобы и дальше спать в пижаме. Но Бенедикт все равно каждый раз бросал беглый взгляд на то, в чем я спала, так что в какой-то момент я перестала беспокоиться о том, что он о думал о моих вещах.
Я приготовилась ко сну, высушила волосы феном и действительно немного успокоилась. Укусы Бенедикта зажили на поверхности благодаря его крови, а синяки болели уже не так сильно, как раньше. Может быть, мне действительно удастся заснуть благодаря такому изнеможению. Однако самообладание, которое мне с таким трудом удалось наскрести по крупинкам, рассеялось в воздухе, когда я вернулась в спальню и обнаружила Бенедикта, сидящего на краю кровати."
"Сегодня на нем были свободные пижамные штаны и кофта.
