Королева дождя

— Ты сказал им о бандитах? — поинтересовалась Анна.

Стенли кивнул.

— Я предупредил их, что существует угроза нападения. — Он зло фыркнул. — Но их заботило только одно — чтобы мы не оставили эту женщину в деревне.

«Лендровер» тронулся с места и стал постепенно набирать скорость. Анна пригнулась, чтобы ее лицо обдувал легкий ветерок из окна. Этот ветерок, правда, был похож на волны жара из открытой дверцы духовки.

— Как же я хочу, чтобы пошел дождь! — устало проговорила она.

— В это время года всегда жарко, — отозвался Стенли. Он говорил так, будто признание этого факта могло каким-то образом сделать жару более сносной.

Когда солнце уже почтя зашло и надо было останавливаться на ночлег, Стенли свернул с дороги в небольшую рощу. Там, на опушке, поросшей кустарником, они и разбили лагерь. Они решили рискнуть и развели огонь. Дым мог выдать их, если где-то здесь рыскали бандиты, но они уже далеко отъехали от той деревни, где те недавно побывали.

Стенли помог старухе выбраться из «лендровера» и усадил ее поближе к камням кострища, пока Анна доставала продукты. Когда еда была готова, все трое насладились простым ужином.

Африканка ела медленно и очень сосредоточено. Казалось, что с каждым глотком в ее тело возвращается жизнь. Она распрямилась и теперь, несмотря на хрупкость, показалась жилистой и выносливой — она была скорее поджарой, чем тощей. Когда она съела свою долю угали с рагу и выскребла все остатки из горшков, она села, поджав под себя ноги, и вытерла рот тыльной стороной кисти.

— Меня зовут Наага.

Она говорила на безукоризненном суахили, ее голос оказался неожиданно красивым и глубоким. Она учтиво кивнула своим спутникам, а затем снова замерла, молча глядя на пламя.

Было что-то такое в ее поведении, что не располагало к продолжению разговора. Анна и Стенли также, неожиданно для себя, предались размышлениям.

Посидев немного у костра, Анна и Стенли ушли спать в палатки, оставив Наагу ночевать под открытым небом. Даже ночью жара по-прежнему была удушающей. Анна беспрерывно ворочалась, пытаясь хоть немного охладить потное тело. Через какое-то время она вдруг увидела свет сквозь стенку палатки. Это разгорелся костер, поняла она. Языки пламени взмывали ввысь, и Анна не могла понять, зачем это было нужно.

"

"Расстегнув палатку, она выглянула наружу. Темный силуэт плясал вокруг яркого огня, что-то напевая. Когда глаза привыкли к свету, Анна поняла, что это Наага. Старуха была едва одета — на теле осталось лишь несколько лоскутьев ее тряпья. Сморщенные груди шлепали по ребрам в такт движениям, кожа буквально свисала с костей. Это зрелище могло бы показаться жалким, если бы не ясное ощущение четких намерений и уверенности, которые вызывал танец этой женщины.

— Что ты делаешь? — спросила Анна.