Королева дождя

деревянную столешницу, гладкую от частого использования и покрытую пятнами въевшейся крови. Он приготовился к ритуалу: выложил пять камней с дырочками — амулеты для вызова дождя, которые он унаследовал от своих предков, — в одну линию в центре алтаря."

"Анна рассматривала нестареющее, гордое лицо мужчины; его тело — кожа да кости; его шею, запястья и лодыжки, с которых свисали амулеты. Она внезапно вспомнила о бабушке Стенли, одинокой женщине, отказавшейся принять учение миссии. Ее охватило смятение, когда она поняла, что, попади Зания в аналогичную ситуацию, он примет такое же решение, с теми же последствиями.

Она знала, что он всем сердцем любит свой народ. Хранитель души и тела, он способствовал появлению ваганга на свет, изгонял демонов из их домов и готовил их к смерти. Он заботился об удовлетворении всех их потребностей и лечил от всех болезней. Мысль о том, что ему, возможно, придется стать одиноким изгнанником, была невыносима.

Поглощенная своими мыслями, Анна хмурилась, лишь краем сознания отмечая, что Зания осторожно переставляет священные камни, формируя какой-то узор. Ей пришло в голову, что Кики, возможно, была права, когда уговорила старого вождя противостоять влиянию немецкой миссии.

Но как это соотносится с идеей миссионерства, распространения христианской веры? Неужели все они — сестра Барбара, епископ, Сара и Майкл — пребывали во власти иллюзий?

Анна снова и снова прокручивала в голове эти вопросы и не находила простых ответов. Однозначность и понятность верований ваганга, ощущение равновесия и гармонии, присущее жизни в деревне, были только частями целого. Она чувствовала здесь что-то еще, некую постоянную боязливость, накладывающую отпечаток почти на все составляющие жизни ваганга.

В одно мгновение предки могли воодушевить людей, а в следующее — ввергнуть в уныние. Темнота могла быть надежным пристанищем, а затем превращаться в царство зла, таящее множество опасностей. Времена года, небо, дождь — все пробуждало счастье и трепет, но также опасения и подозрения. Всего этого, сковывающего разум, Стенли как христианину, похоже, удалось избежать. Более того, он обладал почти физически ощутимой аурой мира и стабильности. И все же его положение тоже было неоднозначным…

Анна напряглась, внезапно услышав пронзительные крики: Зания, схватив одну из кур за шею, вытащил ее из клетки. Глаза курицы, похожие на бусинки, забегали, когда доктор безопасности прижал ее голову к алтарю и поднял острый нож. Анна собралась с духом. Она понимала, что должна смотреть, и глазом не моргнув, на фонтан крови, бьющий из обезглавленной шеи, и бессмысленный трепет крыльев.

Всего Зания принес в жертву семь кур и делал это спокойно, деловито.