11
0— Я оторвал кусок хлеба и бросил его в рот, прожевал и проглотил, прежде чем сказать: — Пытаешься похоронить свои чувства в горе слов, Луна?
— Клянусь, жизнь без заблуждения лучше.
— Лучше? Может быть. Но веселее? Сомневаюсь. — Я наклонился вперед, мое лицо погрустнело. — Прости, если я перешел черту в тот вечер. Если я действительно причинил тебе неудобства, я отстану, но будь честна. Тебе понравился поцелуй?
Цвет лица Слоан стал еще насыщеннее.
— Это не имеет значения.
— Не могу согласиться. Когда речь идет о поцелуе, удовольствие очень даже уместно.
— Для любой другой пары — возможно. Для нас это не имеет значения, потому что я отказываюсь нарушать свою профессиональные принципы, вступая в неподобающие отношения с клиентом. — Она подцепила вилкой кусочек блина, чтобы подчеркнуть это.
— Сейчас двадцать первый век, и ты сама себе хозяйка. Тебя же не уволят.
— На карту поставлена моя репутация.
— Твоя репутация безупречна. Никто не посмеет сказать против тебя ни слова. — Легко было отмазаться работой, и в каком-то смысле я это понимал. Слоан теряла больше, чем я, если бы нас стали связывать отношения, но, по большому счету, это не было решающим фактором. Другие пары, оказавшиеся в похожей ситуации, это понимали. — Посмотри на королевскую пару Эльдорры. Против них работал многовековой закон, а теперь они счастливы в браке.
— Я не принцесса, а ты не мой телохранитель, и они были влюблены, — категорично заявила Слоан. — Это другое.
— Любовь начинается с поцелуя. — Я переходил границы, но, если не попробую, буду жалеть об этом вечность. Зона комфорта был простой, но я начинал понимать, что простота не всегда является верным ответом. Если бы это было так, я бы занял должность генерального директора в Castillo Group вместо того, чтобы разрабатывать невыполнимый план открытия ночного клуба в Нью-Йорке за шесть месяцев.
К черту. Если я собирался это сделать, то нужно идти до конца.
— Пойдем на свидание, — сказал я.
Ее глаза вспыхнули от неподдающейся определению эмоции, а затем закрылись.
— Нет.
— Почему бы и нет? И забудь на секунду о своей работе. Назови мне настоящую причину, Слоан.
Ее пальцы сжались вокруг вилки. Скорее всего, она представляла, как будет закалывать ею меня, но я не возражал против возможного насилия. Так было интереснее.
Пока я ждал ответа, шум зала затих. Под моей внешней непринужденностью из груди стремилось вырваться сердце.
Я никогда так не нервничал из-за кого-то, никогда.
Я знаю, что ввязываюсь в это, не имея четкого представления о последствиях. Я понимаю, что должен сосредоточиться на клубе, а не на личной жизни, и знаю, что могу испортить то небольшое взаимопонимание, которого мы со Слоан достигли в Колумбии.
Я знал все это, но мне было все равно.
