13
0Я оценил это — меня уже тошнило от жалости.
— Ты знаешь, сколько стоит это место. — Это был не вопрос.
Восьмизначная цифра.
— Да. Это не проблема. — У меня еще не было доступа к полному наследству, но благодаря моей фамилии и знакомству с Каем, я находился в процессе получения финансирования от Davenport Capital, компании Доминика Дэвенпорта. Имя номер три. Я отправил Алексу документальное подтверждение до нашей встречи.
— Разрешения и лицензии?
— Silver & Klein занимается этим. Они не предвидят никаких проблем. — Эта престижная юридическая фирма располагалась в Вашингтоне, но представляла интересы корпоративных клиентов по всей стране. Джулс Эмброуз, Silver & Klein. Имя номер четыре.
Алекс засыпал меня вопросами. Я охотно отвечал на них, но знал, что его решение зависит от одного фактора — того, которого для этой встречи в моем кармане не было.
— Твоё предложение впечатляет. Документы в порядке. Но я буду честен, — сказал он после того, как я ответил на его опасения по поводу потенциальных конкурентов на рынке. — Я не верю, что ты так быстро и сильно изменился. Ты никогда не владел, не открывал и не управлял бизнесом, и у тебя репутация безрассудного гуляки.
— Не знаю насчет безрассудства…
— Я также знаю, что твое наследство зависит от этого клуба, — продолжил он, игнорируя меня. — Что произойдет, если он не пройдет проверку на первом этапе?
Это был хороший вопрос, о котором я старался не думать слишком часто. Перспектива потерпеть столь впечатляющий провал в глазах общественности была похожа на падение с моста в моих кошмарах: страшно, неконтролируемо и чертовски близко к неизбежному.
— Я понимаю твои опасения. — Я прикрыл внезапную тревогу уверенной улыбкой. Притворяйся, пока не получится. — Но то, что я делал в прошлом, не определяет того, кто я сейчас. Да, большую часть своих двадцати лет я занимался… другими видами деятельности, кроме предпринимательства, но, как показывает прогресс, которого я уже добился, я настроен серьезно.
Алекс равнодушно смотрел на меня.
Проклятье. Разговаривать с этим человеком было все равно что разговаривать с айсбергом, причем враждебно настроенным.
Я искал аргументы, чтобы не повторять то, что он уже знал, и мой взгляд остановился на единственной фотографии в рамке, украшавшей его стол. На ней он стоял рядом с красивой женщиной с длинными черными волосами и солнечной улыбкой. Каждый из них держал на руках по ребенку: один был в розовом свертке, другой — в голубом.
Алекс не улыбался, но на его лице было больше тепла, чем я думал он способен. Он был женат не так давно, но я отчетливо помню время, когда отношения холодного и, казалось бы, бесчувственного генерального директора с его нынешней женой вызывали бурю эмоций.
