11
0Она была рассчитана на представителей СМИ и влиятельных людей, которым всегда нравилось первыми пробовать что-то новое; их посещение, а также постоянно меняющийся характер мероприятий должны были создавать свежую шумиху каждый месяц и держать клуб в центре внимания людей.
По крайней мере, таков был план.
Вук подождал, пока я закончу свой рассказ, и начал задавать мне методичные вопросы.
Кто твои конкуренты?
Есть ли у тебя место, с которым заключен контракт?"
"Есть ли у тебя другие бренды или предприятия, которые планируют принять участие в серии Tastemaker?
Как, черт возьми, ты успеешь провернуть все это менее чем за шесть месяцев?
Последний вопрос он не задал, но это подразумевалось.
Технически он вообще ничего не говорил — вопросы поступали в виде письменных заметок. Никто не знал о нем ничего, кроме его деловых отношений, но, по слухам, его бессловесное общение не было вызвано медицинскими причинами (по легенде, он однажды сказал «спасибо» работнику Вальгаллы). Просто он чертовски не любил говорить.
Я, как мог, развеял опасения Вука, но моя уверенность ослабевала перед лицом его неизменного стоицизма.
— «Хранилище» станет самым большим событием в клубной жизни Нью-Йорка со времен «Легенд», — сказал я. — У меня есть связи, видение и стремление, но в конце концов в этом бизнесе все решает инстинкт. Что работает, что нет, что будет следующим большим событием. Это нельзя купить или выучить. — Я наклонился вперед, не сводя с него глаз. — У меня он есть, и, если ты согласишься стать моим партнером, я сделаю из нас настоящих гребаных легенд.
Я придумал клуб как способ выполнить пункт о наследстве и при этом подколоть отца, но теперь, когда у меня было время обдумать его, я захотел, чтобы все получилось. Не ради денег, семьи или мира, а ради себя. Я хотел доказать, что могу это сделать.
Вук уставился на меня, выражение его лица было отстраненным.
Я понимаю, почему большинство людей, оказавшись в одной комнате с ним, оказываются шокированы. В этом сербе было что-то глубоко тревожное. Возможно, это было сочетание его молчания, статуса и шрамов, а может быть, что-то совсем другое.
Так или иначе, я почувствовал нервное биение сердца по венам, когда он начал писать.
Меньше чем через тридцать секунд он положил бумагу на стол.
Приходи ко мне, когда будет договор на место.
Черт побери. Без Вука в качестве партнера найти подходящее место было практически невозможно.
Если это было препятствием для сделки, почему, черт возьми, он не сказал об этом до того, как мы назначили встречу?
Я проглотил свое разочарование, поблагодарил его за уделенное время и вышел из кабинета. По пути к выходу мимо меня прошел темноволосый мужчина с… черт возьми, это была Аяна?
— Эй, а Вук занят? — спросил мужчина.
