Константа

Над крайней левой раковиной в потолке спрятана флешка, на которой доказательства того, как ты ловко вошла в аккаунт Шеметова и говоришь о том, как ты сейчас красиво можешь ограбить банк. Больше этих данных нигде нет, спасибо за это можешь сказать опять же вон тому человеку, — снова кивает в сторону занятого виртуальностью лысого. — Считай это жестом доброй воли и авансом для крепкой дружбы. Забираешь флешку и идешь в зал. Правее от стойки бара кухня, через нее попадаешь в коридор, по которому идешь прямо и направо. Там будет черный ход и дверь открыта.

Через дорогу от этого сральника у магазина припаркован белый Ауди без номеров. Сядешь в него и ждешь, когда приду либо я, либо мой помощник."

"— Кто вы? — помертвев, едва выдавила я пересохшими губами.

— Твое спасение, малыш, ты же меня хотела и вот я пришел. — Хищно улыбнулся, глядя на меня, — такие как ты на вес золота, а я люблю золото. — При этих его словах, сказанных тоном коллекционера, то есть действительно как о вещи, которую хочется иметь, я поняла, что не дышу, а он тем временем оглянулся на Лысого, который мгновение спустя, оторвав взгляд от телефона, с посуровевшим лицом торопливо двинулся к нам, и как только он приблизился на расстояние достаточное, чтобы голос мужика слышал лысый, то тот спросил, — коридор чист?

— Пиздец.

Посмотри вон туда. — Кивнул в сторону тонированного экрана, я автоматом перевела взгляд за тонированную стену и заметила у стойки диджея молодого, приблизительно моего возраста, всего такого на стиле, человека, явно о чем-то разговаривающего со склонившимся к нему диджеем. — С ними около восемнадцати бойцов маски-шоу. Готовятся разнести здесь все нахуй и вскрыть сегодняшний приход, который сейчас пилят в закрытом на ремонт крыле.

— Бля-я-ядь, он чует, что ли… — сквозь зубы разозлено выцедил мужик, прищурено глядя на широкую световую стойку диджея, о боковую сторону которой оперся бедром худощавый темноволосый, со снисходительной улыбкой глядящий на толпу, пока ему почти в самое ухо что-то вещал диджей. А мужик, напротив меня, еще мгновение назад с нехорошим прищуром глядящий на них, вдруг как-то по особенному погано улыбнулся и заключил, — хотя… они ведь тебя в лицо не знают?

— Нет, — лысый, за секунду до меня верно поняв адресацию вопроса, посмотрел на мужика, очень довольно кивнувшего и вновь глядя за стеклянную стену, негромко поинтересовавшегося:

— Камеры отключены?

— Они и отключили, — отозвался лысый, — поэтому такая заминка со всем этим вышла.

Я понять не мог, кто их и для чего вырубил, пытался разобраться… Что делать? — снова непонимающе смотрел на мужика, явно разнервничавшись.

— Идеально.