Константа

В перерывах кола и кофе, пицца и марьивановна под лиричные биты русских реперов — нереальных ниг по единогласному мнению Эла и Энди."

"Когда ты длительно в контакте с нравящимися тебе людьми, ты невольно что-то от них перенимаешь. Я поняла это по жестикуляции. Непроизвольной. Начала дублировать озвученные цифры пальцами, безотчетно делала жесты, когда мне нужно было акцентировать на чем-то в моей речи внимание, да и интонации в целом стали выше, переливчатыми. Живыми.

Я была там, где мечтала быть с четырнадцати лет. Я занималась очень сложным для моего понимания делом, где каждый день все меняется, нужно все усваивать, чтобы быстро ориентироваться.

Жизнь била ключом и даже не по голове. Мне кажется, я должна была быть счастливой, это естественно, это логично и правильно, когда мечты сбылись и ты в безумно сложной и постоянно меняющейся паутине бытия.

Если бы не одно но — мне ежедневно и до невыносимости нужен был хотя бы голос Кости. Низкий, густой, вроде бы всегда ровный. Я не названивала ему, не закидывала сообщениями, страдала молча и на исходе дня, когда мозг почти отключался и я нежилась в ванной, чтобы от кожи пахло лавандой, а не джоинтом, вот именно тогда, глядя в тонированную стеклянную стену за которой бурлил ярко живущий город, слушала голос Анохина по телефону и у меня под кожей было тепло.

Мучительно расслабляющее, такое, что не понимала, что улыбаюсь от чувства, что именно сейчас все хорошо.

В квартиру я переехала к исходу второй недели. Трещала вечерком с чокнутой, готовя ужин, и с довольством гоготнула, когда Данка заявила, что она одарит меня своим божественным присутствием недельки через полторы.

Мы распрощалась традиционно упомянув порочных мышей и я, все-таки не выдержав, послала смс Анохину, осведомляясь, когда мне можно будет подомогаться его по телефону.

Набрал почти сразу и я, поцеловав экран и счастливо попрыгав на месте, приняла звонок и скучающе так вопросила:

— Чем занят?

— Да вон, Спиди-гонщик в яму залетел и диск сломал. Смотрю, как варят. — В тон мне отозвался Костя.

— А чего сам не варишь, мастер на все руки?

— Не люблю.

 — Протяжно зевнул он. — Жарить люблю. Я узкоспециализированный кулинар.

— На ужин приедешь, мои творенья заценить, кулинар? — перевернув овощи на сковороде, ровным голосом и с тоской в сердце, спросила я, уже понимая и грустнея от того, что услышу. Но Анохин умел удивлять:

— Нет, немного задержусь. — Обыденным тоном отозвался он. — Ночью приеду.

Приехал. В третьем часу мне позвонила охрана с лобби и уточнила, знаю ли я и жду ли такого человека как Анохин Константин.